Пенсионер Кубышкин сидел на холодных ступеньках в подъезде и думал о том, почему ему не открывают. Прокручивая в памяти последние события, он периодически выдыхал грустное: «Нажилися!», и только гулкое подъездное эхо сейчас отвечало ему взаимностью. Вдобавок безымянный палец на правой руке совсем посинел: обручальное кольцо не снималось. Не помогали ни мыло, ни вазелин, ни святые угодники.
Дело в том, что к пенсионеру Кубышкину пришла Любовь — громкая женщина с широкой костью. В день их знакомства Люба решила не затягивать вступительную часть и сразу предложила починить ей кран и погнутую разводом карму. Кубышкин, к своему удивлению, согласился. Мой сосед — очень опрятный человек: пенсию тратит аккуратно и сушит сухари из черствого хлебушка. В свои без малого семьдесят Кубышкин любит поразмышлять над сложными вопросами: кем бы ему стать, когда вырастет, есть ли на свете Бог и что же такое счастье.
И тут, значит, Любовь… Она настигла его в очереди к терапевту. Люба ходит в поликлинику, когда ей скучно. Когда душа просит скандала и неожиданной развязки. Для этого Любе достаточно явиться к участковому без талона и записи, а потом бросить в толпу проверенное «Я только спросить!» Публика в таких местах очень отзывчивая. Но в тот раз Люба просчиталась. Она пришла поругаться, а там один Кубышкин. Сидит с курортной картой, отутюженный и бритый.
Сначала он сыпал цитатами из советских фильмов, потом тер поясницу, говорил: «К дождю!» Из потока малоинтересной информации Люба сумела вычленить главное: что путевка у Кубышкина на двоих, а поедет он в одиночестве. Так мой сосед, сам того не зная, спровоцировал начало романа.
Люба села поближе и рассказала новому знакомому всю свою жизнь. Вернее, ту часть, где часики уже не тикают, но кран вечно капает. Оказалось, что у двух пенсионеров много общего. Рейтинг совпадений возглавляла окрошка на квасе. Далее шли кардиолог, пояс из собачьей шерсти и передача «Давай поженимся». По поводу последнего Кубышкин соврал. Сам не понял почему, но разбираться не было времени.
Завязка этих отношений поражает лаконичностью. В понедельник Кубышкин отремонтировал Любе кран. Во вторник сводил ее в парк на танцы. Там под грустные вздохи оркестра пенсионер впервые потрогал новую подругу за талию. В среду он остался у Любы ночевать на чашечку чая. А уже утром четверга как порядочный человек позвал ее с собой в санаторий. И она поехала.
