Своей печалью голой одинокой
Я распростерся на полу своей тюрьмы
Как здравомыслящий и опытный покойник
Увенчанный своим небытием
Я распростерся на волнах абсурда
На зыби яда на влеченье к праху
И одиночество казалось мне сильней
И горячей чем кровь

Я жизнь хотел разъять и расчленить
Я смерть пытался обвенчать со смертью
И сердце с пустотой и пустоту с вселенной
Все зачеркнуть стереть чтоб даже не осталось
Ни инея на окнах ни самих окон
И ничего ни в прошлом ни в грядущем
Я выбросил ледышки рук сплетенных
Я выбросил продрогший до костей
Скелет желанья жить изжившего себя.

Люди отличаются друг от друга тем, какая пустота образуется после них.
Один умрет — все равно что стул сломался: покупают новый.
Другой умрет — никем его не заменишь, никогда не забудешь!

Без воспоминаний чувства как будто мертвы.

Когда жизнь угасает, открываются ужасные перспективы пустоты.

Свечи. Стол. «Green Day». Вино.
Снег. Томление. Окно.
Вечер. Темнота. Фонарь.
Грусть. Сомнения. Январь.

Ночь. Вопросы. Тишина.
Вздох. Волнения. Одна.
Взгляд. Надежда. Телефон.
Ложь. Молчание. Балкон.

Ветер. Холодно. Шажок.
Дрожь. Предательство. Прыжок.
Крик. Прощанье. Высота.
Небо. Легкость. Пустота.

Странно, но эта зловещая пустота стала слишком большой.
Она растёт постепенно, пока её не слышишь, пока не думаешь о ней, а она всё увеличивается, как раковая опухоль. Тихо, внутри, поражая всё. Убивая. И когда она достигает своей точки максимума — смерть.
В тебе гибнет всё ласковое, любящее, живое. Воспоминания стираются.
И тогда ты становишься пуст.
Иначе — свободен.