Тягучесть минут, протяженность дождей,
бессмысленность солнца в разорванных тучах.
На лицах туман ноября. По воде
последние листья дрейфуют. Нигде
нет выхода в мир, где теплее и лучше.
В том мире траву засыпает жасмин
горошками нежными, словно на шёлке.
Ключи на шнуре носит старый брамин
от врат, за которые, день накормив,
уходит неспешно светило сквозь створки.
А здесь по-осеннему кости болят,
и двери распахнуты у поликлиник.
Летит настроение вниз до ноля.
С сочувствием верится в крик журавля,
который зачем-то отбился от клиньев.