Это странное слово"любовь",
что мы вложим во смысл его?..
Что заставит прозрачную кровь
ярко-красною стать. И никто
никогда и, конечно, конкретно,
не создаст нам модель идеала.
Приручить мы ее безуспешно
так стараемся, в гонке усталой.
…eLfiJa.
Тебя так мало осталось в моей жизни/в моих сообщениях
Зато так много в сердце/голове/душе
Я даже не знаю что хуже и от чего больнее
Засыпать, зная что еще один день прошел вот так вот
Никак
Не топчите мне душу своими ногами,
Не читайте не Вам предназначенных писем,
Не понять никогда, как сжигает то пламя,
Что бушует внутри от терзающих мыслей.
Все равно не поймёте мадам Паранойю
И ликующих в эти мгновения бесов,
Будто рвутся под пальцами струны у Гойи,
И становится мир неуютным и тесным.
Эти письма — иллюзия, мифы, ошибка.
Я придумала всё, мне так просто хотелось,
И влюбилась в мечту, в золотистую рыбку,
Что почудилась вдруг неуёмно и смело.
Я придумала Вас, ведь таких…
Сколько ж всего-то-навсего у тебя, изумрудная?
Олимпиада Самсоновна. А вот считай: подвенечное блондовое на атласном чахле да три бархатных — это будет четыре; два газовых да креповое, шитое золотом — это семь; три атласных да три грогроновых — это тринадцать; гроденаплевых да гродафриковых семь — это двадцать; три марселиновых, два муслинделиновых, два шинероялевых — много ли это? — три да четыре семь, да двадцать — двадцать семь; крепрашелевых четыре — это тридцать одно. Ну там еще кисейных, буфмуслиновых да ситцевых штук до двадцати; да там блуз да капотов — не то девять, не то десять. Да вот недавно из персидской материи сшила.