Душа моя мимозная —
Парок в оковах зла.
Как небо дышит вёснами,
Но небо — кабала…
Склоняется над любящим
В целительстве миров!
А тучи — точно рубища
Намеков, полуснов…

Души моей хранители
Застигнуты врасплох:
Расстрелы глаз пленительных,
Лукаво-томный вздох…
… показать весь текст …

Хочется рухнуть в траву непомятую,
B небо уставить глаза завидущие
и окунуться B цветочные запахи,
и без конца обожать Bce живущее.

Не жди меня, я больше не приду,
Останусь на забытом полустанке
Неясной тенью, окриком в бреду,
Отчаяньем внезапным спозаранку.
Когда деревья скинут свой наряд,
И хмарь небес опустится на плечи,
Захочешь возвратить меня назад,
Но мне тебя утешить будет нечем.

Рисуют лики облаков воображенье,
Живой картиной сменяется эскиз.
Кистью художника, игрою вдохновенья,
Остановись мгновенье, суперприз.

Шелест страниц, раскидав творенья,
Томик стихов нервно теребить.
Запечатлить кадры жизни, мгновения,
План перепутья судьбы, изменить.

Шёпот листвы, игра ветра на скрипке,
На синем небосводе, стаи облаков.
Там восседает Бог в полуулыбке,
Небесный, тихий звон колоколов.
… показать весь текст …

+
К_огда январь сулит морозы,
Р_ека со льдом лишь снега ждёт,
Е_му, в котором свет лишь Божий
Щ_едрот нам в благо подаёт.
Е_диный Дух Отца и Сына,
Н_ам голубя явил с небес
И_ стали воды Иордана
Е_дины в душах, кто воскрес.
+

Купалась ночь в поэзии дождя,
я рвал цветы едва разбитых капель,
любовь нас пленных в край свой, уводя,
вела сквозь ноги серебристых цапель.

Какое счастье оставлять следы
и рисовать из них единый слепок,
отображать как нитями воды
сплетаются тела, земля и небо.

И всё во мне и всё, что было в ней,
рождалось вновь и вновь соединялось.
О, музыка пространства, звон ключей
от счастья бытия! Весь мир и малость.

И снова всюду веет ветер перемен,
Опять душа стремится на свободу.
Она суётся вновь туда, не зная броду,
Где выход лишь один из матрицы систем.

Ей кажется, что всё вот-вот случится,
Свободной можно будет в небесах парить.
И вечности всегда свою любовь дарить,
Пока Земля здесь вертится, кружится.

И если есть предел дерзаньям и мечтам,
То пусть останется он на Земле далёкой.
Ведь в небесах нам не бывает одиноко,
И мы забудем всё, отдавшись чудесам.

У каждого своя дорога, но небо — общее у нас.

вот буря мглою небо кроет
и заложив за воротник
ещё страшнее кроет бурю
ямщик

У звёзд холодный свет, но как тепло на душе зимним вечером, когда на бархатистом тёмно-синем небосводе созерцаешь королеву-луну в окружении серебристых пажей.

Ты - небо, я - земля. Жена и муж.
Одна любовь и разные знамёна:
я видел солнце в зеркалах из луж,
а ты оно само. О, приземлённый!

Сгущались тучи, в доме был мятеж,
то гром, а то гроза вздымали флаги:
мы в ссоре и хоть плачь, хоть вены режь
осколками тарелок в слёзной влаге.

А после просто падал дождь. Хотя…
не так уж было глупо и нелепо
смотреть на то, как нитями дождя
сплетаются в любви земля и небо.

По группе крови Питер узнаю:
он, как и я, — пропитан стылым ветром.
Но вечен, как и каменная Пе’тра,
и с ним легко попасть в одну струю.

Улыбкой золотой сияют львы,
и сфинкс под небом пасмурным кайфует.
Плаксун* по стёклам кисточкой рисует
хронометры для въедливой молвы.

Снуют дожди, пронзая день и ночь,
и в «Летнем» затаился тенью Пушкин…
Но Петропавловка бьёт в полдень пушкой,
и разгоняет серость неба прочь.
… показать весь текст …

Март — это зыбкая несмелая нежность. Это завороженность… Март — это трепетность.
К облакам, птицам, тающему снегу. Прошлому и будущему, к поэзии, к историям любви. К тому, кто рядом, и особенно к тому, кого рядом нет, но он существует где-то, сотканный из снов и весенних грёз, из всей накопившейся нежности.
В тебя проникает небо. То небо, что становится всё выше и необъятней. Прозрачными утрами, тронутыми несмелыми лучами и первым птичьим щебетом. И позже, когда летящие облака выстраиваются вереницей, теснятся, спешат — что-то в тебе рождается, просыпается — ещё робкое, тихое, заветное, но уже такое живое, удивительное…

Закончился теплый июньский дождь.
Ручеек струится в лугах, журчит, дразнит, зовет к себе.
Небо запахло лавандой и чистотой.
В душе спокойствие и безмятежность.

Лавандовая
магическая волна
объяла душу.

Когда душа в глухом оцепенении,
Слеза — единственный её бальзам, небес спасение.

Небо синее. Ах, небо синее.
Облака, как комочки ваты…
С виду будто совсем бессильные,
Но плывут же … плывут куда-то…
Из не прожитого НИОТКУДА
В нам неведомое НИКУДА…
Я любуюсь на это чудо…
Вдаль гляжу я… гляжу, покуда
Не исчезнут в ней облака…

Нам для счастья надо очень мало —
К небу свой взор устреми —
Оторви у неба лучик малый
И к сердцу ладошку прижми.