— Не сердись на меня, слышишь? Я тебя очень люблю! — мама опустила стекло машины и помахала рукой.
Матвей не ответил. Демонстративно отвернулся и зашагал к бабушкиному подъезду, засунув руки в карманы. Ему было двенадцать, и он считал себя достаточно взрослым, чтобы остаться дома одному, пока родители празднуют юбилей отцовского начальника в ресторане. Но мама была непреклонна, отвезла его к бабушке, как маленького.
Он даже не обернулся. Не увид…