Я, наверное взрослым не стану
Ведь для беса в ребре нету места.

Невозможно придумать любовь
Откровенно играя словами.
Пусть стихи будоражат кровь,
Но останутся просто стихами.
Нам не хватит ни буков, ни слов.
Передать состояние сердца.
Невозможно придумать любовь.
И в фантазии этой согреться.

Жизнь меня корябит —
Справа, слева, сбоку.
То затянет в хляби,
То под дых с наскоку.
Я же, почему-то,
Вроде еще целый.
Маюсь вот стихами.
Рифмой неумелой.

«Кто же на Плюке правду думает? Абсурд»;
«И поскольку вы говорите то, о чем не думаете, и думаете о том чего не думаете, вы сидите в клетках»
«К правительству лететь — гравицаппу надо иметь. Правительство на другой планете живёт, родной!»

Просыпаешься ночью, в три.
Вроде ночь, но кажется утро.
Много мыслей, стихов внутри
Отливают слегка перламутром.
И строка, за строкой — легко
В микрофон телефона льётся.
И рассвет уж стучит в окно,
Да и кошка под дверь скребется.
Завтрак — кофе, хлебцы, омлет.
На коленях мурлычит счастье.
И не важно сколько вам лет —
Всем желаю с утра — улыбаться.

Мне нравятся ночные Города.
Когда печалью ты слегка простужен.
И фонарит полночная звезда.
И разливают лунный свет по лужам.

Я влюбляюсь в тебя бездумно.
Заполняю себя тобой,
И от чувств этих так уютно…
И по венкам бежит огонь.
Ты прокралась в меня случайно,
Подобрав от замка ключи.
Наплевав на печали тайну
Отмахнувшись от суеты.
Я влюбляюсь в тебя фатально,
Не желая чего-то знать.
Знаю только, что неслучайный
Случай был тебя повстречать.

Мы есть то, что мы едим.
Нет.
Не совсем так.
Вернее вовсе не так.
Мы то, что мы есть. И такие, какие есть. И красивыми фантиками и внешним антуражем и ореолом наша сущность не изменится.
Рано или поздно обёртка раскроется и покажет свою начинку.

Не понимаю и с подозрением отношусь к людям, которые не любят животных. А вот животных — которые на одних шипят или рычат, а к другим смело подходят при первом знакомстве — очень как понимаю.

Чёрный кофе,
Чёрный юмор,
Чёрный цвет —
Я принять могу и понять всегда.
Чёрных душ,
Чёрных лиц,
Чёрных лет
— Никогда.

Из невозможного вечность создана.
С вкрапленьями ложного простая истина.
Ей бы обласканной быть и ухоженной —
Но прогоняют её… чаще со свистами.

— Алло
— Здравствуйте, вас беспокоит Сбербанк.
— Вы ошибаетесь.
— В каком смысле?
— Меня беспокоит осознание невозможности преодоления своей смерти и риск неправильного распределения собственной свободы. А Сбербанк меня не беспокоит.
До свидания.

Нет нужды ни кому быть в угоду.
Оставляешь следы на тропинках.
Строем шаг — обрывает свободу,
А асфальт — разбивает ботинки.
Нет желания в форме и ритме
Соблюдать построение стиля.
И давно уж устал от пластинки
Приукрашеной слоем ванили.
Завязать узелком все что было
Перекинуть за плечи — подальше.
Где любил я — меня не любили.
Да и пофиг — поклон вам нижайший.

Находи, не теряй меня…
В отраженьях вчерашних снов,
В тихих всплесках осенних луж.
В белых омутах облаков,
В отголосках прожитых стуж.
В том, что дарит тебе тишина…
Отыщи меня в смехе детей,
В безупречности света над тьмой.
В мягком шорохе летних ветвей.
В фреше воздуха перед грозой.
Когда хочется жизнь поменять…
Когда сердцем совсем продрог.
Когда виснет над городом мрак
И ты больше не видишь дорог —
… показать весь текст …

разбиваю в осколки зеркало
в кровь изодранными костяшками.

отражение исковеркано
в опустевших глазах смотрящего
безнадёжностью и отчаянием.
я отвык ожидать хорошего:
просыпаюсь с утра случайно и
выбираю быть всеми брошенным,
изживать в своём сердце искренность,
прятать в гневе натуру шаткую,
потому что боюсь не вынести
холод лезвия под лопатками.
… показать весь текст …

Злые иногда прикидываются добрыми.
Добрым в этом плане — сложнее.

На ладошку падает снежинка…
Он ушел, ни слова не сказав.
По щеке твоей бежит слезинка,
Горечь затаенная в глазах.

На ресницах от мороза — иней.
Ты стоишь во тьме ночной одна.
И обида горестная стынет
В голубых пронзительных глазах.

Что случилось ты понять не в силах
Почему так быстро он забыл.
Ведь недавно он с тобою вместе,
Пел, шутил, смеялся и любил.
… показать весь текст …

Мой ангел-хранитель — седой и со шрамами.
Он курит сигары, пьет виски стаканами.
Порой достаёт мне шарфы от Клофо,
С Лахезис которая заодно.
Вот старшую только он Айсу не любит.
То ссорятся с ней, то ромашки ей купит.
И вроде пока в спорах верх за седым —
Она благосклонна к цветам полевым.
Все как бы отлично, и дружим давно мы.
И с сёстрами связи и Харон прикормлен.
Но знаю я точно — судьбу не обманешь,
Давно я ношу две монетки в кармане.

Мы покупаем ненужные вещи.
Ненужных людей принимаем в свой круг.
Ведем себя будто бы жадный помещик.
Для непонятного время «а вдруг»?

Я дышу — и значит я пишу.
Я пишу — и этим я дышу.