невлюблённому жить гораздо проще и интереснее:
смотрит открыто, не находит себя во всех заунывных песнях;
не скулит, свернувшись бессильным клубком, «полюби меня, полюби»;
невлюблённый лёгок, игрив; невлюблённый шутит, поёт, грубит,

в меру спит и ест; почитает свободу за высшее благо.
невлюблённый идёт к нелюбимому с белым флагом.

говорит обо всём, не стесняется одиночества;
в сказки не верит: вот приехал принц целовать её, а не хочется!
вот принцесса клялась до гроба любить его, но не любит.
невлюблённый не плачет и не кусает губы.

так и живёт: пуленепробиваем, бронирован, привит;
… показать весь текст …

Так бывает

Так бывает:
смотришь — и хочется подойти
и коснуться рукой руки, а потом — лица,
приложить ему палец к губам, чтобы он затих,
за собой увести в какой-нибудь тайный сад,
оплести лозой, на груди его замереть,
уронить ладонь на бронзовое плечо
и сказать такое, чтоб было о чём жалеть,
и всё сделать, чтобы было жалеть о чём —
чтобы было потом никому ничего не жаль,
чтобы новая линия нам на ладонь легла.
… показать весь текст …

одна жена у него земная, другая жена — вечная. одна ожидает его у окна, другая — в россыпи млечной. он любит земную всем телом горячим: вдыхает запах, целует. душа же его котёнком незрячим тянется к вечной, тоскуя. земная ревнует: то мечется львицей, то горлицей жалобно стонет, и хочет, как кошка, в соперницу впиться, предвидя её агонию. а вечной не страшно, ведь страсти земные — что битва быков в корриде. за вечной пойдёт он ногами босыми, лишь в ней неизбежность увидев. пока он — здешний, земная утешит, разгладит тоску и развеет скуку. когда же уйдёт он — пусть даже грешником — к вечной падёт на руки. с земной он блуждает по тропке мирской, а с вечной — един на вселенской дороге. земная его соберёт на покой, а вечная поведёт к Богу.

Из тварей парных искала равных —
по снам… по голосу… по плечу.
Срастаясь ранами —
…зло и рвано
с любым, кто мог бы держать удары
под шквальным натиском нежных чувств.

Когда бумажные эскадрильи,
надрывно воя, неслись лоб в лоб.
Ломая рифмы,
…сжигая крылья,
в нас истребители говорили
…под шелест неба и рёв винтов.
… показать весь текст …

А ты, как хочешь меня понимай,
Но этот звонок делать нельзя,
Будет ли танцы отплясывать май,
Будут ли пить друзья…
Будет ли кошка мурчать, лебезя,
Будет ли лаять пёс…
Этот звонок совершать нельзя.
Просто нельзя, и всё.
Будет ли праздничных дней мишура
Больно шею колоть,
Будет ли руки греть у костра
Надежда, что дал Господь,
Будет ли Вера, которую дал
Сам ты себя сгоряча…
… показать весь текст …

Последнюю ночь забываешь быстрей всего.
По-моему, просто память идёт на помощь,
И ты её с этой женщиной не знакомишь,
Циничной ухмылкой сдерживая зевок.

В число твоих фишек не входит болеть не той.
Поскольку из гадких утят и простых лягушек
Принцесс не случается. Вскользь помечтаешь в душе,
Вернёшься на землю и выключишь монитор.

Над пропастью сна, там, где луны горят во ржи,
Твой памятный опыт, который нечестно нажит,
Последнюю ночь защищает. Но только нашу.
А после неё не считается, ты не жил.
… показать весь текст …

Мы опять не имеем ни шансов, ни прав —
только выкрутить пробки и стать потемнее.
Почему тебя нет ни online, ни in love,
если я без тебя засыпать не умею?
Позвони, расскажи мне забавную чушь —
про невежливый ветер и злые трамваи,
я тебя продышу, проживу, промолчу,
я тебя удержу до рассвета словами —
где-то в снах, от которых всего лишь черта
остается под утро на смятой подушке…
Иногда ты умеешь меня не читать.
Иногда я пытаюсь об этом не слушать.
Иногда нас разводят по разным углам,
как детей, что уже напроказили слишком…
… показать весь текст …

Я погряз в тишине, я по-черному запил,
Ты умчалась к кому-то чужому на Запад:
В Дюссельдорф, Амстердам,
Черт возьми, Копенгаген —
пыль дорожную в пену месила ногами.
А Москва принимала измученным чревом
Все мои истерии, и в целях лечебных
Наливала мне водки. Тверская жалела
Поворотом направо, поворотом налево…
Я слонялся по городу, как сифилитик
Слушал каждое утро болит, не болит ли Место в теле, где каждый твой локон запомнен.
Я срывал занавески с окошек, запоры
С трех дверей нашей маленькой спальни. Напрасно.
Я анализы крови лизал от запястья,
… показать весь текст …

Да, это осень. Да, это очень осень. В самой последней, в самой критичной дозе. Это опять копает меня бульдозер, в поисках клада скаля зубатый ковш. Да, это глупо. Да, это очень глупо. Это стрела к лягушке летит из лука, что — хоть убей — навряд ли ее заслуга. Просто Иван-царевич из дураков. Да, это рано. Да, это очень рано. Сколько пустых надежд утекло из крана, чтобы с житейской мудростью стать на равных и, наконец, фиксировать все ходы. Да, это тонко, да, это очень тонко. Может, опять заносит…
… показать весь текст …

Ничего о любви. Ни слова. Потому что любви нет.
Есть секунды. Точёный профиль. И за шторой — лимонный свет.
Шум волны, под ногами камни, нерешительный луч, щека…
И в руке его, плотно сжатой, — свежевынутая чека.
Есть огонь. Эпицентр взрыва. И застывшая пара тел.
Знаю — каждый хотел «до гроба». Только мало кто так сумел.
Дым рассеется, пепел смоет. Видишь лодку? Садись, плыви.
Есть секунды. Рассветы. Волны. Только нет никакой любви.