вестник

Настоящий писатель рождается только из настоящего человека, а настоящий человек — это производное от сердца, ума и гражданской совести. Это любовь к своему народу. Это убеждения, что нужно от литературы не получать, а давать.

Обычно насилие над личностью, над обществом, над народом в целом вызывает понятное ощущение сопротивления, действие всё-таки равно противодействию. В России же выработался такой извод национальной психологии, когда сила или насилие вызывают уважение и даже некоторую национальную гордость: «вот нас как». «С нами только так и можно», «иначе мы не понимаем», именно в этих экстремумах мы показываем максимальные результаты, мы — самая жестокая и в этом смысле самая жестокая и самая великая страна, — и так далее; то есть, когда масштаб государственного насилия как-то понимается как масштаб государственного величия. Действительно, чем больше с нами этого проделывают, тем больше мы крепчаем.

Плачущий и смеющийся человек со спины выглядят одинаково.

Чувство локтя — это горизонтальное чувство единения общества. Одновременно обязано быть чувство единения по вертикали — от поколения к поколению. Сегодня такая вертикаль разрушена.

Природа беззащитна, но не безответна.

Вера — это продлённое хотение.

Ремесло писателя мне кажется весьма близким к ремеслу следователя. Нужно уметь обследовать избранный тобой пласт жизни во взаимодействии всех процессов и затем представить публике материал так, чтобы он легко усваивался, был убедителен, чтобы читатель сам подошёл к правильному выводу, не притягиваемый туда на арканах прописей, чего русский читатель страсть не любит.

Друзья воруют время, а время ворует друзей.

Кто действительно хочет оставить после себя добрую память, должен идти дорогой труда и чести. Благородство — важнейшее качество человека. Во все века оно ценилось как самое выдающееся свойство характера.

У считающего себя святым жена — великомученица.