вестник

Надоел симфонизм! Хочется музыки тихой, мелодической, простой, эмоциональной, духовно наполненной. Не воспринимается громоздкое, многонотное, многословное, мелодически рассеянное, нечёткое в мелодическом отношении искусство. Мелодически рассеянное — неважно, будь то полифоническое или сонатно-разработочная музыка. Невозможно больше слушать ни тщательно подготовленные, ни «взрывные», но тоже умозрительно возникающие и умозрительно выполненные кульминации и крещендо.

Говорят, что умного человека от дурака отличает то, что умный умеет анализировать свои поступки, а дурак нет. Я же считаю, что настоящего человека от искусственного отличает одно — способность к покаянию.

Чем тусклее светильник разума, тем ярче абажур.

Отсутствие паники по ночам — признак того, что правильно выбрал дело своей жизни.

Моё открытие: проблема Отелло — чистой воды расовая проблема. Дело не в том, что он ей не доверяет. Само их соединение — основа конфликта. Например, армяне уже двести лет, наверное, якшаются с русскими, но до сих пор не могут спокойно терпеть, когда русские говорят «ё* твою мать». Хотя русским кажется, что это просто выражение. Проблема Отелло не в разности кожи — в разности реакций.

В любой сфере есть ремесло, а есть искусство. Когда говорят об актёре «он хороший ремесленник» — это вранье! Я знал сапожника, который обожал свою работу: он видел оторванную подошву, и у него шла слюна.

Хорошо действующая тирания встречается так же редко, как эффективная демократия.

Музы — это не девушки по вызову. Они сами, кого захотят, того и вызовут.

Люди педалирующие, акцентирующие свою доброту, мне кажутся подозрительными. Доброта — это тихая вещь.

Ставя дипломатии объективно невыполнимые задачи, государство обрекает её на неудачу и, что не менее важно, на утрату репутации. Безропотно пытаясь выполнить такие задачи, даже самые искусные дипломаты рискуют превратиться в посмешище.