-Ничего я тогда не понимал! Надо было судить не по словам, а по делам. Она дарила мне свой аромат, озаряла мою жизнь. Я не должен был бежать. За этими жалкими хитростями и уловками надо было угадать нежность. Цветы так непоследовательны! Но я был слишком молод, я еще не умел любить.

Недавно я молилась и сказала Богу: «Послушай, я, конечно, понимаю, что жизнь без самокопания не представляет ценности, но можно мне хотя бы разок пообедать без самокопания?» (Э.Гилберт «Есть, молиться, любить»)

Как и большинству гуманоидов, мне в нагрузку досталось то, что буддисты называют ум-обезьяна. Мысли перескакивают с ветки на ветку, задерживаясь лишь для того, чтобы почесаться, плюнуть и заверещать.

Работа подождет, пока вы показываете ребенку радугу,
но радуга не будет ждать, пока вы закончите работу.

Став матерью, женщина навсегда лишает себя права быть слабой.
&

Рано или поздно, под старость или в расцвете лет, Несбывшееся зовет нас, и мы оглядываемся, стараясь понять, откуда прилетел зов. Тогда, очнувшись среди своего мира, тягостно спохватясь и дорожа каждым днем, всматриваемся мы в жизнь, всем существом стараясь разглядеть, не начинает ли сбываться Несбывшееся?..

Когда сердце делает выбор, помешать ему не способно ничто в этом мире.

«Если вы хотите осчастливить весь мир, идите домой и любите свою семью.»

Дисциплина — это не ограничение свободы. Это отсечение всего лишнего.

Утро прелестно своей новизной и свежестью… Вечер хорош утомленной расслабленностью… Ночь радует сладкими снами, или любовью, или удовольствием побыть наедине с собой… День… А что день? Так, промежуток, заполненный работой, работой, работой!