-Кофе будешь?
-Буду…
-С молоком, с лимоном, с сигаретой?
-С тобой…

она любила его, он отвечал ей постелью…

А кто-нибудь знает такое чувство, когда тебя из детского сада забрать забыли? Сидишь ждёшь, всех уже забрали, а за тобой всё не приходят… Ни кто не забыл, конечно, но тебе-то ТАК кажется… Вот меня это чувство и сейчас посещает иногда…

Согнулся дом, присел на камушек; зарос травою не понять.
А мне все кажется, что бабушка, сейчас войдет в него опять.
Одарит доброю улыбкою, растопит печь, создав уют.
И спросит: «Хочешь кашу с тыквою? Сейчас сготовим, пять минут!»
Достанет хлеб, варенье разное; давно пустился чайник в пляс.
И станет мне она рассказывать про жизнь свою, в который раз.
Про голод, холод, тиф не прошеный, про пышки с горькой лебедой.
Как схоронила сына крошечку, как провожала мужа в бой.
И как с силой вожделенною за все за все она бралась.
И всю войну ждала любимого, но не судьба, не дождалась.
И как потом без всякой помощи, из вечных бед тянула нить.
И станем мы до самой полночи, все говорить и говорить.
Согнулся дом, присел на камушек. В печи холодная зола.
Пять лет, как нет любимой бабушки, что каждый день меня ждала.

А в целом ты как? А в целом я вдребезги…

Я устала просыпаться без тебя.
Новый день — хрустящий тост и капучино,
Крошки хлебные — замерзшим голубям,
Слезы скудные без видимой причины.
Сонный луч скользит по смятым простыням,
По второй, тобой не тронутой подушке,
Обещаньем исковерканного дня,
И, как будто у судьбы на побегушках,
Мне напомнит об ушедших временах…
Новый день, на прошлый родственно похожий,
Начинается с раздумий у окна,
С вереницы исчезающих прохожих,
С хлебных крошек — воробьям и голубям,
С грустной мысли, что готова я сорваться…
… показать весь текст …

А разбитое сердце это, наверное, на счастье, да?