Волошин Сергей Петрович

Вторит эхо последних звонков
На сеанс предстоящей печали,
И простил бы я всех дураков,
Кабы все они дружно молчали.

Затуманился взгляд наш пристальный,
Заблудились земные твари,
Нет религии выше истины,
Только истину не пиарят.

Не понять мне людей порою,
Окунувшихся враз в систему,
И в угоду кривому строю
Ставших в ряд там, где правит демон…
Расширяя чертей потребы,
И страданьям людским не внемля,
Позабыли смотреть на небо,
Опускаясь при том на землю.

Ловлю я повсюду тревожным взглядом,
Как сбились товарищи в злую стаю,
И, чувствую, что и не жили рядом.
Те люди, которых, казалось, знаю.

Давно уж гордый птах не реет
И буря мрёт в обломках чести,
Народ без смыслов и идеи
Сродни отаре мелкошерстных.

Стакан наполнен влагой ключевой,
Но полупуст — с сухою горловиной…
Наполовину я, как встарь, живой,
И мёртвый на другую половину…

Странные флаги на реях,
Новый порядок. Начало.
Цены растут и звереют,
Люди рычат и мельчают.

Давит сила височных вен,
Жизнь надежды благой полна,
И так хочется встать с колен,
Но шатается плоскость дна.

Чуть осень — как листву меняет лица
Железно- гуттаперчевая знать,
Нас хитро манят волеизъявиться,
Чтоб честно после выборов послать.

Клеймят уже с лихвою тридцать лет
Советскую политику истошно.
Коль потеряли будущего след,
То спорить агитируют о прошлом.