— Что, по-вашему, свобода?! Сегодня одни взгляды, завтра — другие, послезавтра — третьи…
— А что, по-твоему, любовь? — нетерпеливо спросила я.
— Любовь… — прошептал Адриан.
— Любовь — это спасение.
— Спасение… — повторила я про себя.
— Спасение! — закричал Адриан.
— Советское общество… А ты бы хотела жить в СССР?
— Не знаю… — я пожала плечами. — Смотрю на дедушку с бабушкой, гордость берет. Смотрю на родителей, жалко их становится, а на себя и смотреть не хочется.
По раскаленным углям навстречу тебе идти,
не чувствуя боли и жжения кожи —
телом гореть ради твоей любви,
которая
ни на чью другую
не похожа,
оставить прошлое позади,
во тьме разгореться огнем надежды,
забыть о том, как в свете зари
без крыльев остались
сгоревшие плечи,
смириться
и прахом развеять память.
Если бы ты был ангелом,
спустился бы ты на землю?
Как Дамриель из «Неба над Берлином»…
Чтобы вдохнуть запах мокрого асфальта после дождя,
почувствовать вкус свежезаваренного кофе,
выкурить сигарету
и прикоснуться к чьей-то руке…
Было бы тебе по силам
выдержать земные чувства?
Тяжесть утраты,
боль от предательства,
жгучую ревность…
Оцепенение после удара.
5 НОЧЕЙ С ТОМОМ КРУЗОМ: КОГДА ГЕРОЙ СТАНОВИТСЯ ТВОЕЙ ТЕНЬЮ
1. С широко закрытыми глазами (1999)
Идеальный брак трещит по швам после признания жены в ее сексуальных фантазиях. Разъедаемый ревностью, Том Круз погружается в ночной Нью-Йорк — город масок и тайн. Здесь секс — не действие, а состояние: напряжение между «можно» и «нельзя», между взглядом и прикосновением, между женой и незнакомкой в маске. После титров фильм не заканчивается — он остаётся с тобой, шепча: а что, если?..
Кто-то видит во мне загадку, кто-то — хитрую интриганку, а кто-то не понимает, почему я не играю по чужим правилам…
Но прежде всего я — женщина, которая не просит разрешения быть собой.
Хочу поделиться с каждой из вас пятью качествами, которые помогают мне быть сильной и мягкой одновременно.
I. Стратегическое мышление
Я не живу моментом. Я строю будущее. Каждый мой шаг — продуман. Каждое слово — взвешено. Настоящая власть — не в эмоциональных порывах, а в понимании причинно-следственных свя…
— А может, нам нравится идея того, что мужчина старше.
— И опытнее.
— А идея того, что через пару лет ему понадобится пересадка волос и Виагра, вам тоже нравится? Тик-так, и ты просыпаешься в кровати со старикашкой!
— Когда в мужчине есть какая-то загадка, это привлекает…
— Не стоит забывать, что это всегда загадка со знаком минус. Всег-да! Не бывает такого, что мужчина скрывал от тебя, что он прекрасный принц на белом коне. Обычно они такие загадочные от того, что куски говна. Вот и вся сказка.
— У него очень жесткий график. Совершенно нет времени на личную жизнь. Никакого постоянства. Обязательств. Женщины приходят и уходят. Может, поэтому он хочет все, везде и сразу? Он так привык. А я так не могу. Или могу… Вдруг я себя до конца не знаю? Не знаю, какая я… Иногда мне кажется, что во мне живет маленькая Саманта.
— Хорошо, что маленькая…
— Она живет в каждой из нас!
Невысокая, с тёмными волосами, собранными на затылке небрежным узлом. Глаза — тёмно-карие, как вода в колодце, куда почти не проникает солнце, — но если вглядеться, где-то в этой глубине мерцает свет. Когда она смотрит на тебя, ты видишь себя в её глазах — но чуть другим. Более честным. Будто она возвращает тебе то, что ты прячешь даже от самого себя.
На безымянном пальце — кольцо.
/Она замужем? Я не знаю.
И я не стану её об этом спрашивать./
Всем известно, что ты вводишь мужчин в состояние аффекта, и дело даже не в твоей фигуре или в одежде. Это идет изнутри. На уровне энергии. Будь я мужчиной, я бы тоже перед тобой не устояла!
Вы удивитесь…
Но первым программистом была женщина.
И её звали Ада Лавлейс.
Да-да, задолго до HTML, JavaScript и даже до самого слова «компьютер» — был человек, который увидел в механизме не калькулятор, а инструмент для творчества.
Ада Лавлейс (1815 — 1852) — дочь поэта Байрона, но выбрала не только путь слов, но и путь чисел. В XIX веке она работала с Чарльзом Бэббиджем над его Аналитической машиной — механическим прообразом современного компьютера.
Ада говорила о «поэтической науке» (poetical science) и верила, что воображение и интуиция так же важны, как логика и критическое мышление.
Именно она написала первый в истории алгоритм, предназначенный для устройства, которого ещё не сущес