Тёплым солнечным бликом свечусь на оконном стекле,
Что твой сон отделяет от ветра и утренней стыни.
Я к тебе прикоснусь — и душа перестанет болеть,
И раскинется небо шатром удивительно синим.

Ты откроешь глаза, улыбнувшись пришедшему дню.
Ты почувствуешь рядом меня — и потянешься сердцем
Сквозь моря и леса, сквозь бессчётные вёрсты — отнюдь
Их не меньше меж нами, и так в них непросто согреться.

Но ничто не помеха: ни вьюга, ни зной и ни дождь.
Я услышу, почувствую крыльями ветер, отвечу,
Затаюсь, подожду — ты ко мне непременно придёшь,
Я крылатою тенью взлечу, устремившись навстречу.
… показать весь текст …

От дремучих лесов, молчаливых озер
И речушек, где дремлют кувшинки да ряска,
От березок, взбегающих на косогор,
От лугов, где пылает рыбачий костер,
Ты пришла ко мне, Русская сказка!

Помню дымной избушки тревожные сны.
Вздох коровы в хлеву и солому навеса,
В мутноватом окошке осколок луны
И под пологом хвойной густой тишины
Сонный шорох могучего леса.

Там без тропок привыкли бродить чудеса,
И вразлет рукава поразвесила елка,
… показать весь текст …

ЛЮБОВЬ

Не отдавай в забаву суесловью
Шесть этих букв, хотя к ним мир привык.
Они -- огонь."ЛЮБОВЬ" рифмует с «КРОВЬЮ»
Приметливый и мудрый наш язык.

Осень над парком тенистым… Ложится
Золото клёнов на воды пруда.
Кружатся листья… Умолкнули птицы…
В похолодевшее небо глядится
Астра, лучистая астра — звезда.

Астру с прямыми её лепестками
С древних времен называли «звездой».
Так бы её вы назвали и сами.
В ней лепестки разбежались лучами
От сердцевинки совсем золотой.

Близятся сумерки. Тонкий и острый
В небе созвездий колышется свет.
… показать весь текст …

В году далеком, в месяце счастливом,
Где жгли листву и пахло черносливом,
Откуда бы — средь петербургских стен?
И, за руки держась, как у Шагала,

Взлетели мы, и звездочка дрожала
Так низко, низко — около колен.
Был поцелуй тогда насущней хлеба,
И нежность — бесконечная, как небо,
И тело — вдохновенней, чем душа.
Гляжу вам вслед, две улетевших тени,
Из глубины своей тоски и лени
И слезы вытираю не спеша.

День влажен и слоист
И полон тайных сил,
И падающий лист
Полнеба заслонил.
Как будто пол-лица
Закрыл усталый мим,
Чтоб знать не до конца
Всё то, что мы творим.

Строим, строим города
Сказочного роста.
А бывал ли ты когда
Человеком — просто?

Все долбим, долбим, долбим,
Сваи забиваем.
А бывал ли ты любим
И незабываем?

… Первый раз — всегда первый раз, что там ни говори… Хочешь не хочешь — запомнится на всю жизнь…

Есть на свете четыре обезьяны, от которых в мире всякое беззаконие и раздор.

Первая обезьяна считает себя сильнее всех прочих и полагает, что это дает ей право принуждать других, а кто не хочет покориться, тот должен умереть.

Вторая считает себя умнее всех прочих и учит жизни всех остальных, а тех, кто не хочет думать как она, и за обезьян-то не считает.

Третья обезьяна считает себя добродетельнее всех, а потому судит всех прочих — заслуги же их определяет сама, ибо остальные погрязли в темноте порока, а потому их мнение не имеет значения…

— Так что четвертая-то обезьяна? — спросил царевич.

- Это самая худшая из обезьян, — помолчав, ответил жрец. — Она полагает, что исполняет волю богов на земле. И все, кто считает иначе, должны быть уничтожены во имя торжества Истины.

Одинокая птица над полем кружит,
Догоревшее солнце уходит с небес.
Если шкура сера и клыки что ножи,
Не чести меня волком, стремящимся в лес.

Лопоухий щенок любит вкус молока,
А не крови, бегущей из порванных жил.
Если вздыблена шерсть, если страшен оскал,
Расспроси-ка сначала меня, как я жил.

Я в кромешной ночи, как в трясине, тонул,
Забывая, каков над землей небосвод.
Там я собственной крови с избытком хлебнул
До чужой лишь потом докатился черед.
… показать весь текст …