..
Ты говоришь, что Бога нет.
А кто ж, по-твоему, тогда
Врубил весь этот белый свет
Однажды раз и навсегда?
Кто отделил его от тьмы,
А следом небо от земли,
Да так, что лучшие умы
Руками только развели?
Кто населил его людьми
И тварью разною живой?
Кто обзавел нас, черт возьми,
Взаимной тягой половой?
..
Ну, вот и дожил ты до своих пресловутых ста двадцати,
Ну и чего теперь делать, куда прикажешь идти?
Да ты вокруг, приятель, внимательно погляди,
Таких Гераклов тут столько, что хоть пруд ты ими пруди,
Бодрых, румяных, рождения позабывших даты,
Свежих, благоуханных, в памперсы закованных словно в латы.
С клыками вставными, способными перерубать провода,
С глазами, в которых застыла старческая вода.
В какой такое, скажите, другой возможно стране,
Где каждый, считай, долгожитель был бы в подобной цене?
Так что, валяйте, живите, кто сможет, до Судного дня,
..
В условья слишком разные
Поставлены они,
Один в пирах и праздности
Свои проводит дни,
Плоды вкушает свежие,
Из чаши пьет нектар,
И слух его изнеженный
Ласкает звук кифар.
Другой в трудах физических
Свой коротает век,
Кляня богов языческих
Снуёт то вниз, то вверх.