Духом светел и чист,
не подвластен
ни грязи, ни илу,
лотос в тёмном пруду —
и не диво,
что жемчугами
засверкала роса на листьях

Для спокойствия нужно не очень много —
не вступать в бестолковые споры,
а еще, всегда переходить дорогу
на зеленый сигнал светофора.

Что нам делить между собой, на самом деле?
Мы ненадолго здесь, мы все — временщики.
Хоть наши Души — вечны, тленно — тело,
Между собой всегда находим, что делить.

По пустякам свои растрачиваем нервы,
Напрасно рвём по мелочам свои сердца,
В своих желаниях во всём быть только первым,
Мы на других, с презреньем, смотрим свысока.

К чему всё это? Жизнь так быстротечна,
Что, не успеешь оглянуться, вот — погост.
Там — все равны: кто — первый, кто — последний.
Давайте, просто, — БУДЕМ ЖИТЬ, и — весь вопрос.
… показать весь текст …

Улыбку всегда можно одеть, а вот счастьем глаза не наполнишь — коль его нет…

Жаль, что не все строго следуют инструкции по жизни, называемой «Совесть»

А мир широк. Широк и бесконечен.
В нем сто дорог, сто целей, сто вершин.
И наш в нем срок, как искра, быстротечен
И надо все успеть… И мы спешим… Мы ищем…
Ищем тех, кто будет рядом.
И каждый слеп — на ощупь, наугад…
Кому поверить, а кому не надо?
Где алчущий, а где влюбленный взгляд?
Мы ищем, натыкаясь на измены.
Круша, взрывая, жаждем тишины.
И тратим жизнь на тех, кто нас не ценит,
Теряя тех, кому мы так нужны.

Молодость — самая состоятельная, самая безбедная пора жизни, когда у каждого из нас есть величайшее богатство, наивысшая ценность: — Будущее!

Человек и растения чем-то схожи друг с другом. И те и другие нуждаются в воде, но только у человека особенная вода- вера, надежда, любовь и смысл жизни.

Помогает смотреть на небо, верить сердцу и слушать джаз…
Сунуть в тостер кусочек хлеба, думать нежно о всех о нас.
Укрываться в любимых книгах, и далёким с утра звонить.
И себя не вмещать в интриги, и совсем потихоньку жить.

Помогают любимых руки… молчаливою теплотой.
Уходящего ветра звуки и зовущего сна покой.
По шоссе в никуда машина и себе разрешенье — да…
Огуречная свежесть джина с горькой нотой, кусочек льда.

Помогают-не помогают… может, помощь и не нужна?
Не нужны те, что «лучше знают», достигая словами дна…
Не нужны леденцы из фальши, тошнотворное пойло лжи.
Только б то, что сейчас — подальше, но побольше в душе — души…

Весна, закончив свой забег,
Уводит в летние заботы…
И мартовских снегов щедроты
Известны ей, и мая грех,
Когда хмельно от соловьёв,
Поющих сладко серенады…
И чьё-то сердце, как награда,
В ладони падало её…

И так беспечен был апрель,
Даривший ей капели жемчуг.
Он с ней, казалось, был повенчан —
Но где, скажите, он теперь?
И май, её ещё любя,
… показать весь текст …

В сердце… на самом донышке…
Храню тех… кто «солнышки»…
Кто согревает… когда «пасмурна» жизнь,
Кто мой повод твердить: «держись»,
Когда тучи сгущаются и ветер сбивает с ног…
С кем делаешь то… что один бы не смог…
Тех, без кого радость не радует…
И горчит десерт…
Тех, без которых не то, чтобы плохо.
Смысла нет…

—  Я Не понимаю, как люди раньше жили без интернета, чем себя занимали?
— Да кто как: кто-то «Лунную сонату» сочинял, кто-то «Евгения Онегина»
рифмовал, кто-то «Преступление и наказание» писал, в общем, убивали время
как могли…

«Содержание сахара в хрене составляет 16,3 процента, а в редьке — только 7.» Вот и верь этим пословицам-поговоркам.

Два вида одиночества: юношеское — когда тебя никто не понимает, и возрастное — когда и тебя все поняли, и ты всех.

Когда я впервые тебе изменил, ты запретила к себе прикасаться. Ты пыталась уйти, сбежать от меня, но я тебя не пускал. Била меня в грудь и лицо, когда я тебя крепко сжимал, и называла меня тем, кем я был после этого…
Поутру я ожидал чего угодно, но только не того, что произошло. Она поцеловала меня в лоб и прижала к себе. В эти минуты я осознал, какая я тварь и ничтожество. И любой человек, посмотрев со стороны на эту ситуацию, сказал бы про себя: «Какая же она влюбленная дура!»
— Обними меня, пожалуйста, покрепче, — шепотом попросила она.
После этих слов я понял, что никого в этом мире нет ближе ее. Людей всегда можно кем-то заменить, но ее я больше заменять не хотел никем и никогда…

Люди, которых любят — они другие. Их силуэты окутаны волшебством. А глаза светятся от счастья и вдохновения. Их не заботит мнение окружающих, любые проблемы им кажутся мелочью. Их не заботит ничего, потому что их любят. И в любви они могут раскрываться, познавать новые грани себя и каждую частицу своей вселенной принимать и любить.
Большая роскошь, когда тебя любят. Когда в тебе любят всё.

Когда я уходил на работу, oна гладила мою белую рубашку, а я гладил ее плечи.
Такие нежные плечи, что даже руки, скользящие по ним, становились грубыми. Она застегивала пуговицы до последней, а после умело завязывала мне галстук. Я был красив как никoгда, ведь лучший комплимент для мужчины — это его женщина. И я смотрел на себя в зеркало, зная, что совсем не изменился, но в ее глазах я менялся: не в днях и не в подаренных красных розах, а в каждом моменте и взгляде. В каждой минуте, когда так не хотел уходить и оставлять ее oдну.
Я брился раз в три дня и каждые два из них я оставлял на ее щеках и подбородке следы от своей щетины, а она каждый раз наносила на эти места крем, чтобы я ничегo не заметил. Все дело в коже, она у нее была очень нежной, чувствительной… О, нет… Нет! Кого я обманываю? Ведь дело было в ней. Она смирилась с моими привычками или просто боялась не смириться с тем, что целовал бы я ее только после бритья.

Крылья — этого мало. Требуется ещё лётная погода.

опять дожди, и я болею снова.
ну, за какие это мне грехи?
лечу себя акупунктурой слова,
прокалывая строчками стихи.

варю себе глинтвейн из пряных трав —
своих надежд, настоянных на соке
рассветных снов; их выправляю в строки
для рифм чернил у полночи украв.

из звёздной пыли выскребаю свет,
от красоты небес в едином шаге,
чтоб написать мечты, которых нет
на облаке отбеленной бумаги.
… показать весь текст …