Flametta

За молчанием женщины — тысяча дверей. Ох, ну не дай бог мужчине попытаться открыть не ту! А уж если не тем ключом…

Самый тонкий вид искусства — укачивать чужую тишину. И самый бережный…

Называя — заковываешь. Простор же бызымянного — необозрим.

Иногда, повинуясь страстному желанию понять, стремительно увлекаешься в пучину глубокой мысли, с восторгом погружаешься всё глубже, ловко лавируешь между потоками ложных гипотез, уворачиваешься от стай отвлекающих тебя суетных дел. Попутно клянёшь родню и школу, что вовремя не научили тебя глубоководному нырянию, не дали азов, не наполнили воздухом жадные легкие… И в своей неумелости ты так медлительна.
И тем не менее, продолжая путь, ты уже заметила поблескивание жемчуга истины, уже практически нащупываешь дно, уже почти ухватила смысл, чувствуешь его кончиками пальцев, он уже почти в твоих руках… И тут предательски кончается воздух в легких и ты устремляешься вверх за живительным глотком. Ни с чем. Лишь несколько песчинок поблескивают на ладони. Какая досада!
Но завтра ты решаешься на заплыв снова… И кто знает, с каким уловом на этот раз…

Общий язык — это, конечно, хорошо. Но, обычно, если двое находят его против третьего, на его раздвоенном кончике скапливается слишком много яда.

Если научить человека мыслить, ему нет надобности заучивать правила, когда он уже понял суть вещей. Но как тяжко ему с теми, кто привык зубрить. Ведь их воображение ограничено правильностью того, что они вызубрили.

Чувства между людьми — живая субстанция, меняющаяся каждую секунду, минуту, день. Это интересный, завораживающий процесс, подобный постепенной смене сезонов. Всё начинается с весны: с бурного пробуждения жизни, расцвета эндорфинов и солнечных брызг смеха — между вами распускается понимание и взаимопроникновение…
Затем лето: от жаркого соприкосновения плавится всё — от тела до самых сокровенных уголков души. Вы парите над суетой в своем фантастическом облаке, сотканном из обоюдных фантазий и иллю…
… показать весь текст …

В разлуке у часов ледяной циферблат, в который вмерзают стрелки.

Не волнуй чужое море, если не в силах взять ответственность за кораблекрушение чужого сердца.

Мало кто так вдохновляет, как человек, способный на импровизацию в своём жизненном пути. Пусть он не напишет безукоризненной симфонии, но никогда его жизнь не будет похожа на одну затянувшуюся ноту.