Февраль зализывает раны,
Считает зимние обманы,
Последним нехотя уйдёт с подмостков,
Уже есть роль для новой примы,
Весна, пока ещё без грима,
На репетиции в пуантах жёстких.

Нет игр в природе закулисных,
Интриг и сплетен, грамот книжных,
Естественность в ней стоит дорогого.
Сценарий года неизменный,
Сезон прошёл — уйди со сцены
И пережди до выхода другого.

В дождливом Амстердаме, в доме моей польской подруги Марты,
/профессионального переводчика с голландского языка/, меня «не ассимилированную» француженку учили варить глинтвейн… Свой опыт передавал её муж Даник, я смаковала напиток, и наслаждалась букетом ингредиентов, а он приговаривал: «Не хватает корицы, её страстного аромата…»
Через день мне надо было написать статью о Volendam — рыбацкой деревне, расположенной в двадцати километрах от Амстердама. Писала ночью. Моя подруга помогала мне, переводила «тонну» информации. К утру, клавиатура ноутбука раздражительно реагировала на мой текст. Я поставила точку, распечатала текст и заметила на бумаге коричневую пыльцу.

— Это корица, — сказал Даник.
— Если бы не этот ингредиент вы бы не справились, — продолжал он с улыбкой, читая текст…

Любимые не умирают, они уходят в небеса.
И своим светом озаряют наши поступки и дела.
Они нам часто помогают и наставления дают.
Любимые не умирают, они в сердцах наших живут.

Выходя из себя — спотыкался и падал…

А, казалось, наелся по самые гланды — жизнь учила, трепала, бросала в овраг,
Разбивала о камни, топила, сжигала, загоняла под кожу обиды и мрак.
Я плутал в темноте, спотыкался и падал, обращался и к Богу, и к своре чертей,
Но затем почему-то опять поднимался и шагал наугад к неизвестной черте.

Утешал себя тем, что с годами умнею, и давал себе клятвы — не верить другим.
Большинство моих ссадин оставили люди, и забавней всего, что отнюдь не враги.
Эти люди гостили во мне, словно в доме, ведь я са…
… показать весь текст …

Сегодня хороший мороз, чистое небо, тело просит шубы, — душа ждет весны.

Моему соседу

«Приходи, посмотрим в моё окно,
там ночами такое идёт кино —
Бог стоит меж мёрзлых тыквин и кабачков,
ангелы тихо ходят или лежат ничком —
только крылья красным огнём горят,
и они о чём-то радостном говорят,
хоть их речь — лишь пенье одно в конце,
но поют о детстве, матери и отце…».

Я однажды ночью к тебе приду,
и налью вина, разложу еду.
А потом мы выключим в доме свет,
… показать весь текст …

Вечно недовольный человек никогда не сможет найти удобный стул.

Февраль особый, с кем-то он на ты,
И позволяет меньше церемоний,
На скатерть белоснежной чистоты,
Легли его прозрачные ладони.

Кому-то будет он совсем не мил,
И с ветром тишину не будет слушать,
Да, редко кто его таким любил
Не предавая, обнажившим души.

Сейчас ты не скрываешь грустных глаз.
Холодную печаль совсем не видно,
Мы помолчим без всяких глупых фраз
Простимся молча, это очевидно.