Tetyana Mirska

И когда трясёт и знобит — колбасит, когда сутки плачется не о чем-то, я иду к щенку, он чихает басом, хоть похож на плюшевого мышонка. И ему уместней пищать и ёрзать, воровать забытый кусочек сыра, но родился псом, значит, будь серьёзным, сторожи подъезд, где светло, но сыро.
«Слышишь, Бася, это уже не гонка. Это стоп-игра. «Тише едешь — выйди». Им на свадьбе, Бася, кричали: «Горько!», им на свадьбе — «Горько!», мне дома — выть бы. То не осень, Бася, октябрь весел (он красивый, светлый, лучистый…
… показать весь текст …

И, кажется, можно отсрочить дату. Не ставить точку. Забыть про счет. И боль, похожая на гранату /не разорвавшуюся еще/, как необьявленная вендетта, меня не может убить свинцом, пока на пальце моем надето твое гранатовое кольцо.
Но только время неумолимо поставит нА кон свои права. Ведь то, что было неразделимо, давно расколото на слова. В которых хОлода — выше меры. И что ни фраза, то острие. Ты у меня забираешь веру, не обьясняя как без нее. И все вопросы так неуместны. На них — молчанье твое в ответ, где я как — будто бы и не к месту. Меня так мало. Почти что нет.

И канет в прошлое день вчерашний,
Оставив снимкам мое лицо…
Где я так… медленно… и не страшно
Снимаю с пальца твое кольцо…

и говоришь, что, в общем-то, не злой,
что виноват текущий кайнозой*,
колки, что не подтянуты на нервах,
и кое-кто с веслом / ведром / шестом
тебя сожрал за бл*дство на шестом
и отрыгнул на улицу на первом
и думаешь упорно об одном,
что всё вокруг не может быть не сном,
но это не оправдывает яви,
ведь жизнь уже чернеет вдалеке,
и что бы ни было на языке,
но с бодуна во рту песок и гравий

и знаешь, что причин особых нет
… показать весь текст …

Я давно перестала бояться осенних стуж, я уже не сбегаю от белых колючих зим; перепачканным грязью не страшно лежать в грязи, и заплаканным дождь не размоет по векам тушь. Я лежала бы в поле, отдав нараспашку грудь. Я бесстрашно вбирала бы ветры любых стихий. У меня по карманам — ушедшие в жизнь стихи, а на коже — реальность, похожая на игру. Не бояться, не плакать, не верить в черту «потом». Обжигающий холод ласкает пургой лицо. Смерть ведь стоит того, обещал нам бессмертный Цой. Не сжиматься, не мерзнуть, хватая снежинки ртом. Я подвешенной жертвой качаюсь над зыбким дном. Я не знаю, откуда и что я хочу сказать. Разглядела у пепельной ночи свои глаза — и давно не пугаюсь того, что зовется мной.

Я завтракаю звездами, что не сгорели за ночь,
Смешав из них особенный изысканный коктейль,
Я прячу в одиночество обиды и обманы,
И мечу алым яблоком на ваших душах цель.
Я собираю музыку у музыкантов юных…
Чудесная коллекция из опер и сонат!
Мой год — тринадцать месяцев!
Все дни звенят, как струны,
А ночью в небе светится мой черный бриллиант.
У вас все тени серые, а у меня цветные,
И я смотрю внимательно на вас сквозь зеркала…
Вы ищите, вы строите…
Какие вы смешные!
Однажды все развеется, как по ветру зола.
… показать весь текст …

Юлькина судьба
--------------------

Судьба ей дала неплохую семью и сельский пейзаж за окошком,
Влюблённых родителей, имя на Ю, свой дом, огородик и кошку.
Старалась семье отвечать на любовь, — трудилась, не ведая лени,
Сажала исправно свеклу и морковь, овечек пасла за деревней.

Весёлая, с милым курносым лицом. Наивная? Самую малость…
Хотела любви (вон у мамы с отцом!), и вроде бы даже влюблялась.

Но всё это было не то и не те, судьба к ней на печку не лезла.
Девчонка рыдала порой в темноте, что годы идут бесполезно.
… показать весь текст …

Вроде, живёшь… Улыбаешься, говоришь…
Веришь другим… И меньше всего — себе.
Любишь весну, дожди, черепицу крыш,
Любишь на всё смотреть с высоты небес.

Вроде… как все. Толкаешь себя вперёд,
Ждёшь перемен, прощаешь себе долги…
Не понимая, куда тебя жизнь несёт,
Не замечая, с какой ты встаёшь ноги…

Город глотает звуки твоих шагов.
Ты погребён под топотом тысяч ног…
Перетерпи… Ты к этому не готов
Перегорит. Да поможет тебе твой бог

Полковнику давным-давно не пишут.
Полковник пьет который год подряд.
Полощет ветер старую афишу
На тумбе под окном. Полковник взгляд
Бросает иногда на эту тумбу,
Пытаясь безнадежно разглядеть
Афишный текст. Листва, минуя клумбу,
Вальсирует, и эту круговерть
Несет по тротуару, меж ларьками,
Она, шурша, пересекает сквер…

Полковник, чуть дрожащими руками,
Один патрон вставляет в револьвер.
Набрав из всех бутылок полстакана,
… показать весь текст …

Незачем прятать в ладони лицо: я не горю, но грею. Осень наполнит тяжелым свинцом стылые батареи, выложит улицы паззлом теней, ветер погонит в окна… Я расплетаю верёвочки дней — вдумчиво, по волокнам. Больше не будет печальных минут. Я не позволю — слышишь? Разве что синие тучи всплакнут лёгким дождём по крыше. Будет тепло. Отразится свеча в кружке со сладким кофе. Будем дурачиться, петь и молчать. Ты во всём этом — профи. Солнечным рэгги наполним сердца, — чтобы светилась кожа, чтобы в глазах огонёк замерцал, сумрак теней тревожа, чтобы и воздух вдруг начал искрить, как раскалённый провод…

Я не позволю тебе загрустить. Осень — ещё не повод.

Страшно, когда в сердце дыра такая, что вся Китайская стена бы вместилась.
Страшно, когда целуешь другого, а эйфория не наступает.
Смотришь и думаешь, я бы в такого, наверное, даже влюбилась,
А тебя по другому мужчине нещадно рвет и ломает.
Странно, когда у других работа, семья, вечеринки, дети,
А у тебя не любовь, мало времени в сутках, счета за квартиру.
Странно, когда для тебя худшая из всех мировых трагедий
Это забыть выпить на ночь стакан обезжиренного кефира.
Больно, когда родился, а вышло, что умер.
Больно, когда ты слышишь, как плачет мама.
Просто всем не случившимся, неудавшимся судьбам
Не хватило всего лишь 21 грамма.