Lola Lola 2

Рукописи не горят?!
Горят, друзья, горят!
Я только, что проверил
Из пепла не восстали строки,
Бумага не восприняла формат,
А лишь сгорела, почернела
Уничтожены слова
Чистый лист передо мною
На фоне треска от огня

Возможно это обманчивая «нить» моего бытия. Но самое скверное в этом то, что я следую за ней. Точнее я бы сказал, тянусь за ней. Это часть моего вдохновения и ночных дум. Это как кубики льда в стакане виски. Да разбавляют, да не так терпко и крепко, но без них не так «хорошо».

Вот уже много лет в моей памяти остаётся этот пронзающий взгляд. Эти глаза были настолько бесконечны, что наверно они останутся в моей памяти если не до конца жизни, то на долгие и продолжительные годы.
Их цвет был, каким то отражением сущности. Главной сущности. Настолько главной, что мне ломало рёбра от этого «оптического прицела».
С того момента я и начал проникаться многогранностью взглядов. Могу поспорить, даже если бы я вдруг потерял память, то никогда не забыл бы всех тех взглядов, которые так или иначе меня «цепляли».
Самая выразительная часть нас — глаза и голос. Голос и глаза не имеют способности рассеиваться и стираться.

Я совершенно запутался в человечности
Пороки пороками. а жалость горьковата на вкус для двоих одновременно

Я хотел бы оставить ночной романтизм как букет сирени,
Забытый к утру на скамье в углу сквера
Где мы шагали при свете сверчков

Я оставлю тебе сладость моментов в фотоальбоме под номером ноль
В унисон вместе с ветром останусь в прикосновеньях и сновиденьях

Открыв глаза, ты поймешь,
Что глава дописана,
Документы подписаны
И рейс через пять часов
… показать весь текст …

Или ты и вправду настолько плох, или тебя недолюбливают.

Этим вечером, осенью, в 22:03, в городе «k» расцветали цветы на букву «a».
Венера спустившись с небес, посмотрев на меня, совершенно четко произнесла:
— Где наслажденье и красота?!

Увидев его впервые, мне показалось, что между нами определённо, что-то имеет место быть. Но это «что-то», совершенно никому неизвестно.