За окном полыхает не наш сентябрь,
Я прощаюсь с летом (лучи и ливни).
Вся любовь должна оставаться в прошлом,
На границе лета и новой жизни;
Как бы ни было горько и как тревожно,
Нам осталась в книге одна страница.
Ветер воет и свищет, как зов пустоты,
Память все, увы, сохраняет лица,
Всё прошедшее — горечь, печаль, заботы,
Память любит скорбеть и рыдать о прошлом…

Я прошу — мне не надо тревожных писем,
Горьких строчек, отправленных прямо с фронта;
Всё закончилось. золото ярких листь…
… показать весь текст …

Какая осень! Листопадный блюз!
И солнце не скрывается из виду.
Я думала, что больше не влюблюсь
И сердце скромно прятала под свитер.

Но эта осень все превозмогла:
И силу моего сопротивленья,
И ту неловкость отведённых глаз,
Что пламенно горели от волненья.

Какая осень! Пью её взахлёб,
Как пряный тёплый чай из облепихи.
И, если разобью свой глупый лоб,
Родится самый лучший стих для книги.
… показать весь текст …

Эта осень меня погрузила в серебряный дым.
Эта осень во мне закружила багровые листья,
Мы танцуем свой медленный танец, кончается день,
И качается тень, и мерцают осенние мысли.

С чёрной скрипки на зеркало капает чёрная кровь.
И ни звука, ни ропота. Вот наступило смиренье.
Я прошу об одном, протяни на прощание вновь
Две прозрачных руки уходящего в небо мгновенья.

У тебя безупречны глаза, Под моими — круги.
Мы танцуем свой медленный-медленный танец осенний.
О, печалью какой обозначены эти шаги…
… показать весь текст …

Горит костёр в помойной яме —
его зажгла надежда — сука!
А в пустоте звенит цепями
к весне прикованная скука.

Наука — это опоздать
на встречу нет в которой смысла.
Есть экспоненты коромысло —
умело логикой сгибать
весь разговор. (Лекалом править.)
Заправить полный бензобак
(раз все равно дела — табак)
уехать прочь и всё оставить —
что позади, а что в покое,
… показать весь текст …

Нет грусти, нет печали, нет отчаянья,
Всё чередой своей идёт,
Но только горечь расставания
Никак из сердца не уйдёт.

Всё помню до последней точечки,
Твоя записка на стене —
Укор твоей уснувшей совести —
Прощальное письмо ко мне.

Бегут года и всё меняется,
Но я всё помню, как тогда.
Не боль, обида расставания
Нас разлучила навсегда.

Борис пошёл в ванную и с удовольствием встал под горячий душ, сменив его холодным и снова горячим. Вытерся, прошёл в спальню и лёг в постель.

Но ему не спалось. Борис слышал, как Таня прошла в ванную, потом заскрипел диван в гостиной. Внезапно перед ним возникла рука с револьвером. Чёрный зрачок дула смотрел прямо ему в лицо. Борис присел и резким ударом снизу вверх попытался выбить оружие, но его рука ударилась о что-то твёрдое и раздался звон.

Ещё не очнувшись от кошмара, Борис сел на кр…
… показать весь текст …

Удовлетворение, оно как огонь, с древнейших времен добывается трением

Про нее говорили: «Солнцеобразная!»…Про нее говорили: «Сиротинушка…»…Когда она смеялась, солнце улыбалось, а когда птицы прилетали к ней, они забирали все ее печали. Когда шел дождь, капли падали к ней в руки и напоминали о прекрасной любви. Но судьба привела ее к непоправимой трагедии…
Грязь … Дождь … Толпа … Жаждущие уничтожения красоты … Люди, которые не могут привыкнуть, уничтожают новое, несравненное и необычное… Она стояла гордо спиной к тропе, которую они проложили. Она знала, что в конц…
… показать весь текст …

В конце октября Миша Белкин пригласил Цыбиных на свой день рождения. Было весело, но Борису пришлось уйти раньше, поскольку в восемь часов вечера начиналась его ночная смена на бензозаправке. Он еле успел вовремя, и тут же включился в работу, так как машины подъезжали одна за другой, он с трудом успевал. После десяти стало полегче, а в первом часу он раскрыл воскресную газету и стал отмечать подходящие ему объявления о работе, выходя заправлять редкие машины.

Около двух часов подъехал шикарный…
… показать весь текст …

18 сентября 1906 года в Одессе родился феноменальный поэт Семён Исаакович Кирсанов (Самуил Ицекович Кортчик).

Мчи машина времени,
еду на машине
поболтать с евреями
в древней Палестине…

Ученик Маяковского, Кирсанов в молодости был одним из последних футуристов, создателем рифмованной прозы в русской литературе. Его называли циркачом стиха.

Сентябрьское

Моросит на Маросейке,
на Никольской колется…
Осень, осень-хмаросейка,
… показать весь текст …