Самое наилучшее лекарство от всех болезней — это вовремя выпитые сто или даже двести грамм.

Теперь я это знаю точно. И всем советую. Прежде чем идти и позволять тыкать в себя огромными иглами, пинцетами и скальпелями, нужно крепко подумать. А потом выпить и сжечь все талоны к врачам. В огромной пепельнице.

Все болезни наши от нервов и этой безумной жизненной гонки. Успеть. Сделать. Доделать. Не оплошать. Оплошать — срочно переделать. Туда в семь утра, там к девятнадцати не опоздать, там припод…
… показать весь текст …

Сжав отчаянно кулачки, —
До предела, до посинения, —
По земле идут хомячки
В неизвестном нам направлении.

Хомячки идут не спеша,
Но уверенно, гордо, твёрдо…
И кого-то, может, смешат
Их бесстрашные лица-морды.

Ночью прячутся в камыши,
Днем выходят в широко поле…
Хомячкам удалось сбежать
Из казенной клетки на волю.
… показать весь текст …

села на подоконник и слёзы льёт,
маленькая, босая и без пальто.
«эй, ты чего ревёшь?» — тормошу её,
«эй, — наклоняюсь к ней, — ты откуда? кто?»

я, - говорит, — Весна, — говорит, — привет!
я, — говорит, — с собой не совсем в ладу.
вот, — говорит, — вчера в молодой траве
счастье своё «посеяла» — не найду.

я улыбаюсь: «ну ты, Весна, балда!
ну-ка, возьми баранку и эскимо.
счастье, оно теряется иногда…
счастье, оно найдётся потом само»

просто всё, что её волнует, — одно лишь «как ты?».
спросила б сама, но тебя ей чертовски мало.
ты бы звал её вечной девочкой и бунтаркой,
но с тобой она ведь ни разу не бунтовала.
может только смеяться сутками напролёт,
и не то чтоб твоё лицо ищет в прочих лицах,
и не то чтобы всё критично, не то чтоб ждёт,
когда всё, наконец, хоть немножечко прояснится,
а, скорее, когда перестанет вот так цеплять,
чтобы выдохнуть, улыбнуться и попрощаться.

ты бы звал её вечной девочкой — лет так пять, —
да она…
… показать весь текст …

— Вы кто, зачем, я не звала…
Не знаю вас и знать не хочется!
— В подушку плакала? Судьбу кляла?
— Бывало… Стоп. Что за дела?
— Да никаких… Я Одиночество.

Сходство наших мыслей — определяется жизненными путями, на которых они пересекаются.

Ничего никому не доказывать,
Оставаясь при собственном мнении.
Обходиться банальными фразами
В адрес тех, кто играет с терпением.

Никогда никого не пускать к себе
На порог, за кулисы и в ауру
Помнить химию — там, где по классике
Ferum не превращается в Аurum!

Не навязываться, не навязывать
Опыт, правду, добро и общение.
Никого никогда не обязывать,
Не делиться своим возмущением,
… показать весь текст …

Как называлась та улица? Она называлась.
То есть кто-то звонил, назначая встречу,
И говорил: встретимся на «Вокзальной»,
На «Кольцевой», на «Сиреневой», на «Заречной».
Вечер ложился пылью поверх скамеек,
Кто-то курил и высился, не дождавшись.
Небо мерцало, странно и больно краснея
Прямо над улицей «Горького» или «Павших».
Кто-то стоял там — стены и дым нависли,
Тени были почти похожи на кожу
Улицы этой — «Изменчивой», «Легкомысленной»?
Только стоял там тихий совсем прохожий.
Ждал на звонок ответа и звал по имени —
Улицу, улицу — лица ему не встретились.
… показать весь текст …

Бежит, роняя мячик, человек,
и с человеком происходит век,
и день, и год, и месяц, и неделя.
А человек бежит, не чуя ног.
И чувствует, как хлопает окно,
и снова от апреля до апреля
в нём дует ветер, в нём поёт скворец, скрипят качели в мамином дворе,
и падает листва, и зреют сливы.
На тонкой леске сушатся грибы,
и человеку разрешают быть,
конечно, обязательно счастливым.

Растёт макушкой в небо человек.
Всё меньше глупых сказок в голове, наверно, есть, наверно, притаились, запрятались…
… показать весь текст …

постепенно вхожу в леденящую душу реку, по колени свело жестоким холодом ноги,
так бывает — откроешь душу «близкому» человеку,
но зачем людям души?
они не боги.

погружаюсь по талию в студеные ветром воды, и по телу мурашки разлетелись гусиной кожей,
прежде чем в других утопать, осознай же кто ты, чтобы, выплыв на берег, быть на себя похожей.

окунаюсь по грудь в равнодушную гладь раствора моих слез и вечной стаканной воды к таблеткам, не имей привычку начинать откровенного разговора,
с тем, кому наплевать на чужие проблемы, детка.

опускаюсь по шею в хладнокровную серую жидкость, окольцованно некая сила меня беспристрастно душит,
то, что вчера еще в ужасных кошмарах снилось,
уже сегодня тебя разрушит.
… показать весь текст …