Когда звезда поднимется в зените,
Ледышкой новогоднюю звеня,
Пожалуйста, за все меня простите,
И на мгновенье вспомните меня.

Простите за нелепые обиды,
За грусть стихов, за глупость рваных строк,
За иглы слов, летящих, как болиды,
Вонзающихся в трепетный висок.

Простите, что порою ноют ранки,
За боль, за взгляд немых далеких глаз,
Простите за кровавую изнанку,
Что обнажаю я порой для вас.
… показать весь текст …

Окопы наши трупами завалены,
А кровь в цвет государственного флага,
Кто рвался в бой за Родину и Сталина,
А кто тайком крестился с плачем «мама».
Грязь под ногтями, а письмо в карманчике,
И пули свист змеиный очень тонок,
Солдаты, необстрелянные мальчики,
Герои треугольных похоронок.
Они не на плакатах героических,
А с хроник черно-белого экрана,
Солдаты смотрят. Мальчики практически,
Которым умирать ужасно рано.
Они остались там, фантомом, тенями,
Развалинами, взрывами, домами…
… показать весь текст …

Утро разлили серебряной ложкой,
Взрослые дремлют с проблемами, нервами…
Лишь одуванчики, дети и кошки
Летом всегда просыпаются первыми.

А с подоконника смотрят фиалки,
Луч сквозь листву прорезается… Знаете,
Лишь одуванчики, дети и кошки
Видят всё то, что вы не замечаете.

Утро крадётся садовой дорожкою,
Взрослые спят, утомлённые вечером.
Лишь одуванчики, дети и кошки…
Впрочем, о них мне добавить вам нечего.

Луна на небе, золотая брошь,
Но грусть моя совсем другого толка.
Не думай, что однажды ты умрёшь,
Ты просто отлучишься ненадолго.
И снова все начнётся в первый раз,
Трагедия, комедия и драма,
Сиянье самых лучших в мире глаз,
Когда ты снова скажешь слово «мама».
И ночью вновь разбудит сердца стук,
И дом кирпичный, что стоит в сторонке,
Случайное касанье тёплых рук
Кудрявой непоседливой девчонки.
Дорогу, что пройти нам суждено,
Вновь повторить, поверь, совсем не поздно,
… показать весь текст …

Мимо здания автоинспекции,
Что отбросила серую тень,
Шел какой-то мужчина с эрекцией
В непогожий и пасмурный день.

Красным заревом гроздья рябинины,
Горизонт протянул свою нить,
И эрекцию эту мужчинину
От других было вовсе не скрыть.

А мужчина, стесненьем измученный
По бульвару неспешно шагал,
Бугорок от ширинки до брючины
Перед всеми его выдавал.
… показать весь текст …

Мы лежали под небом в зеленой траве
И взрослеть не желали упорно,
Группу крови фломастером на рукаве
Мы писали, кто красным, кто черным.
Муравейник гудел, кто-то нес стрекозу,
И саднила душа от царапок,
Ты упрямо с гитарой шагал на грозу,
Сквозь ежи переломанных лапок.
Проносились секунды, за ними года,
Разлагался полоний и стронций,
И над этим прекрасно горела звезда
По фамилии с именем- Солнце.
В телевизоре рай обещали отцы,
И страна нагибалась от боли,
… показать весь текст …

И когда наконец оглянулся вокруг,
Было время примерно обеда.
Я увидел над облаком солнечный круг,
Три платана, на лавочке деда.
Вы представьте, это был точно мой дед,
Умерший в восемьсят третьем,
Знаю, слышится это, как бред,
Он меня не сразу заметил.
Он играл в домино с лейтенантом в бинтах,
С дырою на лбу кровавой,
Рядом были Христос, Иегова, Аллах,
А у деда три ордена Славы.
И цвела хризантема белёсой свечой,
И больной не стесняясь худОбы
… показать весь текст …

Она завела себе рыжую кошку,
Чтоб все говорили: -Ах, как вы похожи!
Чтоб вечером вместе сидеть у окошка,
Смотреть на бегущих куда-то прохожих.

Из кухни видны в старом парке аллеи,
Сугробы-разрезами в праздничном торте,
Ах, кошка, она ни о чём не жалеет,
Ну, разве о маме, ещё об аборте…

Вот так и сидели до утренней рани,
До первой зари первозданно блестящей,
Две рыжие. Шторы, две плошки с геранью,
И чайник на кухне призывно свистящий.
… показать весь текст …

Иван Иванович Петров живет в комоде,
Там, где висит его потрепанный пиджак,
Простой пиджак, который скроен не по моде,
А сшит давным давно не ясно кем и как.
На пиджаке его повешены медали,
За Сталинград, за Ленинград и за Берлин,
Ещё был орден, но его давно украли,
Иван Иванович Петров живет один.
В комоде пахнет корвалолом, канифолью,
И кумачом давно исчезнувшей страны.
По вечерам он разговаривает с молью
И фотографиями умершей жены.
Весь год он неизвестен и неведом,
Никто на вы не обратится,…
… показать весь текст …

Все винят високосный год. На самом деле год тут ни причем. Количество смертей, трагедий и катастроф и в обычные годы примерно одинаково. Просто людям проще обвинять то, что неподсудно. Год нельзя наказать, с него не спросить, на него не пожаловаться. Простое объяснение, это просто год високосный.
Не буду сейчас спорить. Пусть год. Пусть. У меня он был тоже не простой в смысле разочарований.
Вчера произошли две трагедии. Разбился самолет с людьми. Не важно куда он летел. Не важно, кого он вез. Просто погибли люди, которые летели не бомбить, не убивать, а поздравлять других с Новым Годом. У каждого из них остались семьи, дети.
Это первая трагедия.
Вторая трагедия, это то, что оказалось, существует огромное количество бессердечных, мерзких людишек, которые ничего не знают о смерти, но так громко ей радуются, что у них вырастают рога. Это самые настоящие черти. И они живут среди нас. Эта трагедия похлеще будет.
Это не год високосный, друзья. Это люди високосные.

Очарованы, околдованы,
В тусклой лампе дневного света
В сентябре умирают клоуны
Вместе с листьями позднего лета.

Там комарики, здесь фонарики,
Над уснувшими рано домами,
Словно души, взлетают шарики
И кружатся под облаками.

Тучи кружевом, капли лужами,
За окошком тускнеют краски,
И становятся всем не нужными
Красноносые белые маски.
… показать весь текст …

Мой дед, пехотный офицер, прошедший Халхин-Гол, финскую и ВОВ, часть войны прошёл в составе штрафбата. Это когда с лопатами на танки, а позади заслон НКВД.
Выжил. Как, якобы искупившему кровью, хотя не считаю, что он был виноват, застрелив пьяного советского офицера, оскорбившего его по национальному признаку и вызвавшему его на дуэль, ему вернули звания и ордена.
Орденов он не носил. Только планки и то, по праздникам.
На его столе всегда стоял портрет Сталина.
Сталина я ненавижу. Считаю людоедом и душегубом. Но я ни на секунду не могу и не хочу осуждать своего деда. Потому что не имею на это никакого права. Как и вы, собственно.
Поймите, нельзя рассматривать Победу через призму сегодняшних дней. Легко рассуждать о том, что было бы и как надо было бы, сидя на диване и попивая кофий.
А вот из окопов со вшами, грязью и пулей во лбу все смотрелось совсем по-другому. И поэтому большая моя человеческая просьба, завалите е#ла. Спасибо и с наступающим.