Юрий Тубольцев

Если твоя тень на тебя не похожа — значит солнце видит тебя по-своему.

Куда бы ты ни шёл — ты окажешься в точке старта, ибо неподвижность вечна, а движение мнимо.

— Я убил человека! — сказал Раскольников.
— Говорит красиво, значит врёт! — возразил Парфирий.
— Что является истиной для меня, то истина и для тебя! — опровергнул Раскольников.
— У каждого — своя правда и своя старуха в шкафу, — засмеялся Парфирий.
— Зима впереди долгая и старух нужно запасти не менее двенадцати, — сказала секретарша Парфирия.
— Я знаю, что у Вас с секретаршей, — сказал Раскольников.
— Вон! — заорал Парфирий.
В это время старуха выперлась из шкафа.
— Шариков, это ты? — набросилась старуха на Раскольникова.
— А Шариков из другого романа! — удивился Парфирий и запрятал старуху обратно в шкаф.

— Я — это ты, ты — это я, — сказал булыжник алмазу. Это услышал ювелир и решил проверить слова булыжника. Он огранил булыжник, как алмаз, а алмаз выбросил на мостовую. Скоро алмаз опять оказался проданным ювелиру, а булыжник снова стал валяться на мостовой.
При этом, булыжник приносил пользу, скрывая грязь своим телом. А алмаз так и блистал закрытым в сейфе, где был одинок и бесполезен.
Как себя не называй, сущности своей ты не изменишь… И не важно — кто ты, главное — найти своё место.

Согласиться можно только с тем, на что есть семь возражений.

Жизнь — это запланированная случайность.

— А что, если девушка нравится, значит она нравственная? — спросил ученик.
— Нельзя научиться плавать в море морали, не залезая в воду женской души, — ответил учитель.
— А Вы что, никогда не залезали под юбку? — удивился ученик.
— Душок меня не интересует, меня интересует душа! — объяснил учитель.

Нет такого первопроходца, который семь раз бы не отступал.

Человек — это текст, написанный высшими силами, но он может в этот текст вносить свои изменения и тогда этот текст становится многослойным и непредсказуемым.

Что ты не измеряешь — то не в меру.