Юрий Тубольцев

— Я убил человека.
— Таким образом роман не получается. Нужен план.
— Главное — есть концепция.
— А если бы Достоевский так написал три строчки: Студент убил старуху и потом раскаялся. Он бы не стал великим писателем. От концепции до романа ого-го как далеко!
— Главное — правильно начать. Я думаю, Достоевский тоже начинал свой роман с первой строчки.
— Ну как хочешь, начать не кончить, можешь писать первые строчки романов и ими любоваться. Ыыыыы! Только великим писателем ты не станешь никогда!
— Посмотрим! Ыыыыыыы!

Поезд следует в депо,
А я ехал в Лимпопо.
По случайности депо
В том же самом Лимпопо.
Это там, где Занзибар,
Из Земли готовят суп там
И я тоже шаровар!

Не стоит играть в карты на шахматной доске.

Я дал коту сникерс. Кот на меня залаял. Я дал псу сникерс, пес замяукал. Я сам съел сникерс, но так и не решил, как среагировать.
— Блеять не советую!!! Поймут неправильно, — сказал мне редактор.
— Не тормози уже… — написал читатель.
И я решил сменить тему, буду писать другой рассказ.
— Надо бы написать в общество охраны животных, чтобы забрали у вас кота, — стали писать критики.
— Не туда вставлял себе сникерс, — стали шутить тролли.
И я закрыл отзывы на этот недописанный рассказ.
— И в чем мораль? — удивился директор издательства и забанил меня.
— Не все сникерсы одинаково полезны, — непонятно откуда появился еще один отзыв.
— Но ведь я этот рассказ не публиковал? Откуда взялись отзывы? — удивился я.
— А как же ты мог тогда закрыть тему отзывов? — еще больше я удивился.
Это оказался самый удивительный в моей жизни рассказ.

Социализированный человек — это клякса, и даже без чернил.

Сытое рыло грязнее голодного.

— Я человека убил, а не это самое! Ну, процентщицу! Вернее, именно это самое! Процентщицу мой лирический герой убил, — замялся на суде студент.
— Что? Вы же написали: — Я убил человека. — при чем здесь Раскольников? Или Вы писатель? Ыыыыыы! — удивился судья.
— Да, я писатель! — замялся студент.
— Ыыыыыыы! А что Вы делаете на суде? Кто Вас просил совать Вашу первую строчку романа в уголовное дело? — удивился судья.
— А я не знаю, как это в дело могло попасть, — удивился студент.
— Ну за ложный вызов ответите! Ыыыыы! — засмеялся судья и на своем бейджике написал «Порфирий».
— Еще есть Раскольниковы? — поинтересовался судья.
Но следователи от стыда потеряли дар речи.

Я купил реализатор и реализовал в нем дважды два пять.
— Это что? — удивились ученые.
— Ты что, не знал таблицу умножения?
— А я решил воплотить в жизнь математическую ошибку! — засмеялся я.
— Ыыыыыы! — сказали ученые и с тех пор на сайте одноклассники все научные сайты помещаются в раздел «спам».

Саша писал роман на фантиках, регулярно толстея и посещая зубного.
Роман был написан после того, как Саша съел сто килограмм конфет, остался без зубов и стал весить 180 килограмм.
— Извините, но Вы — второй Грибоедов! Не конфеты Вам надо было есть, а грибы! — сказал редактор.
И Саша, питаясь только грибами, стал переписывать свой роман.
Но роман так и остался неоконченным. Оказалось, что этот редактор всем начинающим писателям говорил, что они Грибоедовы и в магазинах не осталось грибов, их раскупили будущие гении.
Если Вы увидите гуляющего в лесу гениального писателя — не пугайтесь. Это будущий Грибоедов собирает грибы.
А вскоре в магазинах пропали жульены с грибами. Этот редактор стал говорить всем писателям, что как только они съедят сто килограмм жульенов с грибами, они станут Жюлями Вернами. Но жизнь показала, что от жульенов становились они только жульем.

— Маяковским ты не будешь, но, если помяукаешь, Мяуковским станешь!
— Я так не умею мяукошничать. Но могу поесенить изредка.
— А еще лучше, стань маньяком, это звучит почти как Маяковский!
— Что???
— Но сколько батонов хлеба не покупай, Хлебниковым все равно не станешь! Ыыыыыыыыы!