Мы с тобой такие разные:
Ты серьёзный. Я смешливая.
Я бываю несуразная,
Заводная, говорливая.

Плачу я навзрыд, неистово.
Ты сжимаешь губы сдержанно.
Гладишь кудри золотистые,
Так заботливо и нежно.

Ты меня целуешь в волосы,
Как ребенка малолетнего.
Тихо я скажу, вполголоса,
Как люблю тебя я трепетно.
… показать весь текст …

Может, приснилось мне… Может, мне только кажется,
Только слова у нас с делом никак не вяжутся.
Люди, проснитесь, в какую мы пропасть катимся?!
Что превозносим, на что мы сегодня тратимся?

Нам обещают с экранов, что всё наладится:
Кризисы, санкции — мелкие неурядицы.
Войны, делёжки, грызня, нищета повальная —
Это «житейское дело, вполне нормальное…»

Не разумею, ну как так оно случается? -
Кто-то жирует, о будущем не печалится,
Кто у метро продаёт леденцы на палочке,
Про ветеранов мы помним раз…
… показать весь текст …

С чего начинается Родина? -
С ухабов, разбитых дорог.
И сколько б их было не пройдено —
Везде одинаков итог.

Она открывается заново
С простых, неприглядных страниц,
Где столько нелепого, странного,
Угрюмых, озлобленных лиц.

С чего же она начинается? -
С «загадочной русской души»?
С больных стариков, что нуждаются
В опеке, считая гроши?
… показать весь текст …

Представьте: вы — мать. Вы — жена. Вы — невеста.
Ваш сын (муж/любимый) ушёл на войну,
И что с ним, и где он — увы, не известно.
Живой ли? Не ранен? В боях ли? В плену?

Представьте ребёнка. Морозы. Блокада.
Вы ищете хлеба кусок для мальца.
Вы — в поле сестра: из горящего ада
На хрупких плечах волочёте бойца.

Вы — старый хирург, что без сна и покоя
Латает, латает, латает солдат…
Вы — в Лагере Смерти, где горе людское
Умножено в сотни… Нет, в тысячи крат!
… показать весь текст …

Сколько же зла на свете…
Сколько людского горя…
Нынче жестокость — норма. Деньги теперь — кумир.
Взрослые — это дети,
Что, заигравшись в споре,
Делят, ломают, рушат, словно игрушку, Мир.

Взрывы, теракты, жертвы…
Падают самолёты…
Дети в обстрелах гибнут, рушатся города…
Видно сломалось где-то,
Видно сломалось что-то
В чьих-то мозгах и душах — напрочь и навсегда.
… показать весь текст …

Я тебя разлюбила. В семь тридцать утра.
Ты за круглым столом ел на завтрак омлет,
А я думала: «Странно, ведь только вчера
Я любила тебя. А сейчас — уже нет».
Тот же лоб и над ним непослушная прядь,
Взгляд с прищуром, сводящий когда-то с ума…
Я всегда так боялась тебя потерять,
А теперь потеряться, готова сама.
Сколько было труда наши судьбы связать
И потом на себе эту ношу нести…
Оказалось, гораздо труднее сказать:
«Я тебя разлюбила. Так вышло. Прости»

Был день как день. Не в этом, впрочем, суть.
Всё было серо, буднично, обычно.
Но друг его спросил в беседе личной:
— Любил ли ты её когда-нибудь?

Как рыба поднимает с грунта муть,
И муть со дна пруда стремится к свету, —
Так вызвал дрожь вопрос пытливый этот:
— Любил ли ты её когда-нибудь?

Вдруг вспомнил он тот длинный скучный путь,
Что с нею пройден был в законном браке.
Была ль верна? О, да! — Верней собаки!
— Но он её любил когда-нибудь?
… показать весь текст …

Он долгих двадцать восемь лет, и двадцать восемь зим к тому ж,
Хранил в себе один секрет и был в семье примерный муж.
Всё было, вроде, как всегда: жена готовила обед…
Но приключилась вдруг беда: он взял и вспомнил про секрет.
Под шум и кислый запах щей, ворчанье суженой с утра,
Он вспомнил всё до мелочей, как будто было то вчера…

…Она сидела у окна, и мягкий чудный лунный свет
Окрасил в бледные тона её прекрасный силуэт…
Струились пряди по плечам, скользили змейками на грудь…
И он подумал сгоря…
… показать весь текст …