Сухие числа дней календаря —
Всего лишь тень событий жизни сложной.
И жёлтый лист — лишь символ сентября,
Каким бы ни был мастером художник.

Так ручеёк, журча едва-едва,
На фото неизбежно застывает.
Так тени судеб в буквы и слова
Писатель бесполезно превращает.

Так невозможно трепет передать,
Перебирая струны у гитары.
Так тщетны все попытки описать
Мороз и солнце, юность или старость.
… показать весь текст …

Единственное преступление цветка — умереть не раскрывшись.

Долги…
Кто кому должен, дети родителям или наоборот?
Видимо долг — слово неуместное, скорей обмен, как листья
И ростки снабжают корни воздухом и солнцем, а те в свою очередь живительной влагой из недр земли, так и взрослые питают опытом и знаниями, а дети энергией.

В клочья порванные струны не спасут от музыки, которая
Осталась в сердце.

Скрипичный ключ — открыл человеку двери в удивительный мир возвышенных чувств и восторженных эмоций.

Счастье — иногда одиноко.

Приручила на расстоянии,
Не случалось такого со мной.
Так нуждаюсь в твоём внимании,
Но довольствуюсь тишиной.
Ошалев от порыва смелости,
Чтоб найти и уже не терять,
Я теперь на пороге зрелости
На коленях готов стоять.

Скверный нрав — потолок, знак утраченных сил.
Память работает против меня.
Хотите помочь?
Я разве просил?
К чему эта беготня?
Скоро наступит ночь и тогда
пустяковая мысль станет важной.
В это время бесшумно приходит всегда
мой картонный я,
мой бумажный.

И, как будто, живу я не в этой стране.
Внутренний голос твердит об одном.
Мечта так близка,
… показать весь текст …

Сплетенье аморфных взглядов,
футболок, сандалий, брюк.
Как мало для счастья надо
в маршрутке — открытый люк.
А там… небеса, там воздух
прохладным потоком бьёт!
И даже забыться просто,
отбросив житейский гнёт.
Но вновь невзаимность губит:
ввязавшийся — нелюдим.
Толкаются рядом люди —
Их много…
а люк один.
… показать весь текст …

Поднимайся на крышу, увидишь меня.
Не забудь потеплей одеться.
Время честной беседы получше огня
изнутри согревает сердце.
Не смотри на часы, ведь спешить ни к чему.
Вновь грустим: мы с тобой и город.
Снова сердце навяжется робко уму —
человек человеку дорог.
Пусть сумбур перекрёстных событий как дань
в личном мире друзей по духу.
Как сумели мы выйти на новую грань?
Твоя речь так приятна слуху.
Только взглядом заранее всё выдаю,
словно волк-одиночка жертве.
… показать весь текст …