Марина Валиуллина

Есть такие женщины, которые «не для всех».

Быть «для всех» и «как все» — это выключили дыхание.
Это безликость, словно выстрел в упор.

Такие женщины бьют по вкусовым рецепторам.
Слишком много в них остроты.
Слишком хорошо воспитаны и образованы.

В таких женщинах всё чересчур.
Чересчур заумны. Чересчур непонятны.
Чересчур осознанны. Чересчур неудобны.

Независимостью хлещут словно кнутом.
… показать весь текст …

Не вешают другим «ярлыки» только те люди, у которых их нет. Они в этом не нуждаются. Потому что безграничны и свободны!

Я всё ещё скулю по Тебе ночами.
Так… всего лишь одну ночь из 30. Больше себе не разрешаю.
Тихо так, стиснув зубы, чтобы даже тишина в пустом доме не могла меня подслушать.
И нежность по венам — не дольше 10 минут.
Больше не выдержу, вредно для здоровья.

Модные книжки о любви к себе, умные речи знаменитых коучей, тонны литературы по психологии, феминизм вон отряхнулся и с новой силой готов к бою.
С хорошим аппетитом запихиваю в себя новую жизнь. Скоро тресну от обжорства.

И всё у меня з-а-м-е-ч…
… показать весь текст …

Утром весь мир пробуждается, томно взирая свежим взглядом на привычные вещи вокруг.
И да, даже дышится утром по-особенному вкусно.

Утро для меня всегда особенное.
Особенное тем, что просыпается л-ю-б-о-в-ь.
Безусловная, безграничная и та, которая не помещается
в теле своей необъятностью.

Мне нравится просыпаться раньше, чтобы поймать момент, когда носик кнопочкой ещё мирно сопит, когда глазки-бусинки ещё не любопытствуют по сторонам, когда потягушки всем маленьким тельцем происходят во сне.

И…
… показать весь текст …

Люди — это разочарованье. В массе своей. А по одному из кучки достанешь — и зацеловать хочется. И улыбнуться в постную физиономию, и рассмотреть как следует, и послушать, о чем вот это все живет: ротик, носик, мозжечок. Разноцветные, разноформенные, маленькие пуговки Земли. Мелкие, крупные, блеклые, блестящие, круглые и лишь бы как, с трещинками или стразиками, плоские, прочные, порочные. Все красивые — жуть! Так что не люди разочарованье. А те, кто не умеет их любить.

1.
Жил-был мальчик. Он не понимал зачем личностно расти, если можно просто деньги зарабатывать. Чем ты кривее, тем дороже платишь и все. Жаль, что это прокатывало не везде…

2.
Жил-был мальчик. Он думал, что силы его безграничны. А потом просыпался носом в чашке чая посреди разговора и не понимал, где находится. Да и не важно уже было.

3.
Жил-был мальчик. И была у него в черепе дырочка. Так-то он свою дырочку никому трогать не давал. Особенно на работе. Но вот когда приходил домой, расслаблялся…
… показать весь текст …

Ложишься спать, озябшая от холода, помятая усталостью, с сумасшедшим вихрем мыслей о завтрашнем дне. Засыпая, бегаешь в уме по трёхметровому списку дел и планов, а потом, несколько часов спустя…
Открываешь сонно глаза и «пожираешь» в себя эту Зимнюю Сказку за окном…

Снег летит огромными хлопьями, кружит в упоительном танце снежинки, и опускается ласково на землю.
И так сильно накрывает тебя ощущение праздника!
Нет, не того, который будет под Новый год.
И не ждёшь ты подарков под ёлочкой.
И не п…
… показать весь текст …

Я люблю вкусных людей! Я безумно ними восхищаюсь!
Потому что они говорят вкусно. Мыслят вкусно.
Выглядят вкусно. У них и рядом с ними всё вкусно.

Люди, после общения с которым остается послевкусие — сладкое, ароматное, тягучее.
У них острее, чем у других настроены вкусовые рецепторы на жизнь.
Да не проживают они её, а вкушают!

Они жадно пожирают глазами всё вокруг.
Они ощущают запахи, деля их на красочные пазлы.
Они всем своим нутром вглядываются в прохожих, читая по лицам то, что не могут «ув…
… показать весь текст …

Иногда я рисую улыбку, но при этом не улыбаюсь. Красная помада — это моя маска… Она появилась спонтанно, чтобы скрыть слезы, тоску в глазах. Яркое пятно, отвлекающий маневр. Символ женственности, своеобразное «я все еще…»

Если человек в отношениях начинает «платить» собой, делать больше чем хочет, ждать отдачи, жертвовать, снимать с себя последнее, чаще всего это не признак большой любви или преданности, но признак приближениям к детской травме и созависимым отношениям.
Это память того, как этот человек, будучи ребёнком, не мог получить любовь просто так и начинал платить собой, своим телом, желаниями или эмоциями, чтобы заслужить любовь, потому что у детей нет ничего кроме их самих. Нечем платить, кроме себя. И это очень грустно.

Ведь любовь даётся бесплатно, только не все об этом знают.