У меня было какое-то раздвоенное чувство. Я не понимал, то ли радоваться, то ли волноваться. Я ходил вдоль кресел, от окна и до приемного кабинета. Холл перинатального центра освещался только одной дежурной, слегка мерцающей, неоновой лампой. На столе дежурной сестры горела настольная лампа. Дверь кабинета открылась. Я обернулся на выходящего из кабинета, довольно молодого, врача с бумагой в руках.
- Евгений Васильевич, Вы будете?
- Дда, — взволнованно ответил я.
- Не волнуйтесь, но дело сер…