Tatyana Tatyanka

Министр Геббельс исключил Генриха Гейне из энциклопедического словаря.
Одному дана власть над словом. Другому — над словарём.

В эмиграции сначала так:
— Имею двести тысяч, ищу компаньона.
А потом так:
— Разыскиваю компаньона и мои двести тысяч…

Иметь низкое мнение о себе — это не скромность. Это саморазрушение.

Радужное царство музыки и волшебных и могучих фонтанов. Разных, как разные страницы каждой истории судьбы и жизни. Спасибо за эмоции и наслаждение.

Война — это когда за интересы других гибнут совершенно безвинные люди.

…Послушайте, люди, и раз уж мы все родились,
Возможно, единственный раз и другого не будет, —
Давайте ценить этот дар под названием «жизнь»,
И верить в любовь и в мечту и немножечко в чудо!..

Нам всем лишь раз даётся жизнь —
Неповторима и прекрасна!
Вопросом «Быть или не быть?»
Не изнуряй себя напрасно!

Конечно, Быть! Важнее: Как?
Важнее: С кем в сплетеньи судеб?
Ведь все мы перестанем Быть…
Но пусть нас кто-то помнить Будет!

Жизнь — тропа между тьмой и светом:
Грех и святость, позор и честь,
Смрад болот и дыханье ветра,
Покаянье и злая спесь.

Недруг может быть чьим-то другом,
Лесть — опасней, чем яд сатир,
Могут править шуты и слуги,
И в забвенье уйти кумир.

Этот мир и догадку эту —
Всё безропотно я приму:
Мы с рожденья стремимся к свету,
Чтоб исчезнуть потом во тьму!
… показать весь текст …

…где вчера был лес — там сегодня пни, и на сотни вёрст никого окрест. ты опять в бреду всё кричал — распни, эхом возносясь горьким до небес. бесконечна боль — и конечен век обречённых тел… всякого из нас. под окном с утра окровавлен снег. глушит немота. серость режет глаз. тысячи крестов — мёртвы дерева. время распинать каждого пришло… в судный день ли, час тщетны все слова — комкается мир… вновь не повезло. сверху видно всё… шанс ещё дадут — мы ведь так малы в зеркале времён. капают года. страшен близкий суд…
…вспомни. возлюби. и поймёшь — спасён.

всем замученным, распятым, сожжённым
и пострадавшим от рук живодёров братьям
нашим меньшим посвящается

…я плачу, молясь, обо всех убиенных —
о тех, кто погиб, кто замучен жестоко.
и страшно, что души подвержены тлену —
что хочется выкрикнуть: око за око.
безвинно распятых всё больше — а горечь
на сердце бывает порой нестерпима:
как может подняться рука на живое —
на то, что любило и было любимо?..
воистину — вот он, конец… обречённо
гляжу на деяния рук человечьих —
… показать весь текст …