Нас засыпало снегом. Мы были травой.
Мертвой цепью опутал мороз наши корни,
Ледяному дыханью мы стали покорны,
Позабыв, что хотели быть вечной листвой.
Ладно были б мы зеленью нежной, живой,
Нас хранили б дубравы и чистые ветры,
Мы не знали бы мерзости, знали б покой,
Умывались бы утром росою рассветной,
Засыпали б в ночи мы под пение птиц,
Пили б воздух и свет, и тянулись бы к солнцу,
Украшались б цветами и бликом зарниц,
И шмели б наш нектар испивали до донца.
То ли пляшет, то ли скачет меж бескрайних берегов,
Разгоняет море воды под напорами ветров,
Рвётся, бьётся, стонет, плачет, хочет вырваться из дюн,
Но за старые пределы не прорваться ни на дюйм.
Нет покоя, нет покоя, и в стальных своих брегах
Ни за что не хочет море быть зажатым, как в тисках,
Потому, в песок вгрызаясь, следом в след ползут вперёд
Волны, что, бушуя, море за черту свою ведёт.
И, собравшись в смерч единый, пробегают сотни миль,
Но за бурею ужасной наступает тихий штиль,
И в усталости бессильной опускает море вал,
В размышлении холодном подождет сильнее шквал.
Хоть и гонит ветер волны, как листая строй страниц,
Всё равно не выйти морю из назначенных границ,
…Иван Петрович Козлов — мужчина с безупречными именем и фамилией, репутацией, биографией и рабоче-крестьянской родословной — родился под Ленинградом. Окончил инженерно-строительный техникум, поступил в институт, откуда и ушел в армию, на войну. Судьба его берегла. Он не умер, не был ранен, не попал в плен. Конец войны он встретил практически здоровым молодым мужчиной, лишь отлежался в госпитале после контузии, не такой уж и тяжелой, как он это преподносил.
…Учитывая безупречную репутацию, биографию и происхождение, Иван Петрович Козлов был направлен на ответственную работу — занял пост коменданта в маленьком городке под Кенигсбергом, который вскоре переименовали в Калининград. Ему выделили дом, двор и дали в руки власть. Для полного счастья и окончательно безупречной биографии не хватало только жены, которая, впрочем, нашлась очень быстро.
Катина мать приехала в этот городок по зову сердца и Сталина — преподавать в советской школе. Она была прави…
…Он не был ей благодарен и совершенно не собирался жить с ней после Победы. Новую жизнь он представлял себе с кем угодно, но только не с докторшей. Он спал с ней, назад на войну не рвался. Считал, что все так, как должно быть, все честно — он получает уход, заботу медсестричек, а платит за это тем, что может дать мужчина женщине. Иван не любил ее, не жалел, не был признателен. Он ею пользовался, считая, что она пользуется им.
Он расстался с Клавдией Степановной легко и радостно, под звук праздн…
…Ванечка,Иван Петрович,был Катиным отцом,мужем матери. Бывшим. Давно бывшим. И только он остался в ее памяти,в которой стерлись дочь,внук и даже любимая Настя. Только о нем она беспокоилась,спрашивала и переживала. Больше никто для нее не существовал — только ее Ванечка. Для нее он был самым ценным,самым главным. Ее прошлым и настоящим.
Катя простить этого матери не могла. Все простила,все забыла,но в свои уже немолодые годы она становилась маленькой девочкой,которая все помнила так же остро,как и много лет назад. Ничего не прошло. Время не вылечило.