Ганя Михалёва

Стихосложение — это бессмысленное занятие, недоброе, разрушительное. Вот…

Только заходишь в глушь,
Сразу наводят страх,
Веток умерших сушь,
Редкие вспорхи птах.

Видишь не дальше глаз,
Слышишь шуршанье душ,
Так что молись сто раз,
Если заходишь в глушь!

Я дроздиха, поющая тихо,
Клюющая лихо,
У меня оперенье изящно,
Но скрыто подплащно,
А дроздята мои черноваты,
Но не виноваты,
Что их матери пёстрой
Попался один чернодроздый.
С каждой нотой в гортани
Сужается певческий просвет
Нет у хвори названья.
Пой звончей за двоих,
мой последышек,
утренний дроздик!

Молодой человек N. с подросткового возраста принимал наркотики, в тридцатилетнем возрасте, упав на самое дно, он почти с безразличием, под давлением близких, пошёл в христианский реабилитационный центр («пятидесятники»).
Пройдя успешно год реабилитации, затем интернатуру годичную, он остался при христианском центре на детском служении.
Его мать M. поделилась этим со знакомым православным священником (упустим, что иереем тот стал после кодирования от алкоголизма).
Священнослужитель негодовал, он много чего сказал оскорбительного в адрес «пятидесятников», но дело не в этом.
Прозвучала такая фраза: «Лучше бы твой сын остался наркоманом!» Получается наркоман (а это непременно последует) умрёт без покаяния, как самоубийца, православной церковью он будет отвергнут и куда же он направится после упокоения — к Антихристу? Не понимаю…

Только что впервые посмотрела польский фильм 1972 года режиссёра Александра Петровича (ударение на первом слоге) под названием «Мастер и Маргарита». Те, кто ругает Шахназарова за его трактовку «Анны Карениной» сошли бы с ума, увидев то, что я сейчас посмотрела. Там гениальный неудачник Николай Максудов, похожий лицом на революционера-террориста, написал роман о Понтии Пилате или о ком-то ещё — не понятно… Коллеги его дрочат по полной программе, бегает чёрный кот по улицам, Воланд в крылатке, сухощавый такой интеллигент чего-то там просвещает Колю, белокурая девчонка пристала на улице и не отстаёт — это Маргарита. Кончается всё стенами психиатрической больницы, ободранными. Последний кадр санитар закрывает глаза преставившемуся Максудову. А в течение фильма звучит непришейкп… дерукавная музыка.
У меня тяжелый шок.

Когда запах перегара в квартире начинал зашкаливать, а его источник валялся на диване в многодневном творческом запое, мокрый от избытка вдохновения — я начинала тосковать.
Мне остро хотелось ласки и теплого тела.
В один из таких периодов моего платонического беспутства пришло письмо. В почтовый ящик, который висел на стене в подъезде, изредка получая в свою утробу пацанячьи сигаретные бычки «на запас».

Письмо было доброе, в нём хвалились мои стихи и говорилось о том, что на меня взирают издале…
… показать весь текст …

«Как страшно сказал Монтень о том, что если вы прожили год и видели смену времен — зимы, весны, лета, осени, — то вы уже всё видели! Ничего нового вы уже не увидите! Это похоже на то, как говорил Ильф:"Идите, здесь больше уже ничего не покажут.»

…Он затягивался, втягивал глоточек чифира и вдыхал дым. И выдыхал:
- Первое. Научись писать легко, свободно — и небрежно — так же, как
говоришь. Не тужься и не старайся. Как бог на душу положит. Обычный устный
пересказ — но в записи, без сокращений.
Второе. Пиши о том, что знаешь, видел и пережил. Точнее, подробнее,
размашистее.
Третье. Научись писать длинно. Прикинь нужный объем, и пиши втрое
длиннее. Придумывай несуществующие, но возможные подробности. Чем больше,
тем лучше. Фантазируй. Хул…
… показать весь текст …