Брожу, как старая собака
По изнывающей листве.
Свисает небо серым мраком
И моросит по голове.

Ищу во всём ответов, смыслов,
Печально поправляю шарф,
А небо серым мраком свисло…
Гаф-гаф!!!

Как хорошо быть дома — и одной! -
И космы банной шапочкой скрывая,
Собою любоваться, попивая
Из чашки кофе — бразильянский зной!
Кто в садике, кто в школе, кто в трудах,
А я филоню, то есть тунеяжу,
Спихнув забот безрадостных поклажу
И не блуждая в прожитых годах.
Включу негромко Фаусто Папетти,
На стол журнальный ножки умещу,
Ну, может быть, чуть-чуть и погрущу,
Но это пусть останется в секрете!

Сирень цвела самозабвенно,
А мне Серёжка говорил,
Что вскроет вены непременно…
Я — вышла замуж. Он- не вскрыл.

Из туфель камушки стряхая,
Жила, на сколько было сил,
А он то адом, а то раем
Меня попеременке бдил.

То говорил, что я могила,
Где смрад пистонит темноту,
То плакал, что его сгубила
Моя черЁмуха в цвету.
… показать весь текст …

Войдёшь в состоянье другого
И вдруг обнаружишь тщету
И тычась в неё бестолково
Себе набиваешь тату,
Что вывести вряд ли сумеешь,
Ну разве что кожу содрать,
И жизнь свою — экая мелочь!-
На палец чужой намотать…

Привет тебе, таинственная страсть —
Свобода от вождей, семьи и быта!
Поэт в тебе, как в озере карась,
Он в доску свой в объятьях общепита,
Где пьют, едят, дымят, стихи читают,
Отсутствие свободы слова хают,
Вернее тех, кто направляет массы
И у кого малюют пидарасы
Дрянь, не достойную страны советов,
ТерпЯщую бездельников- поэтов!

Вот так вот всё и вышло — вы боролись,
А мы, как говорится, напоролись…

Злобный щенок не превратится в доброго пса,
Пусть себе бегает по цепи, скалит зубы, базлает,
Тащит в свою конуру придушенного птенца —
Собака по определенью должна быть злая.

И человек, он неисправим, жесток и греховен,
Сколько бы не молился и библию не слюнявил,
На пятки ему ещё здесь, при жизни, тыщи жаровен
Снизу направлены. Ведал про это апостол Павел?

Осколочек солнышка освещает проспект, и утро
Вновь восклицает: «Давай, счастливец, вставай!»
Всё, что от Бога — благословенно и мудро,
А всё остальное — злобный щенячий лай.