Tina L

… Не поднимая взгляда от земли,
он спрашивал с сомнением у братьев:
Его ли сняли в пятницу с распятья?
Его ли гроб в субботу стерегли?

Не постигая силами ума
возможности чудесного обмана,
кровящие, разверзнутые раны
дрожащим пальцем трогает Фома.

И лишь тогда, порвав сомнений сеть,
не рыбаком становится — уловом,
вдыхает воздух, выдыхает слово
важнее воздуха: «Воистину, Ты есть»

Кузнечик,
Скакнувший мне на грудь,
Вспорхнул. Тишина и эхо.

*
Руки мои оплёл вьюнок,
Кузнечик журчит в волосах.
Мы — полдень.

*
В ладонях моих
Тропа муравьёв.
Пишет молчанье полдень.
… показать весь текст …

Как весна закружила голову,
Разбросав, словно горсть монет,
Мать-и-мачеху, своё золото
По холодной, больной земле;

По земле, что была простужена
И дышала с таким трудом,
Умывалась ручьями-лужами,
Утешалась колючим льдом;

И темнела сквозь снег бестравием,
Прошлогодним гнила листом!
Но весна всё легко исправила
Лаской, щедростью и теплом!
… показать весь текст …

* * *

В библиотеке торжество стиха,
А я брожу простывшим лесом мрачным.
И под ногами — кочки да труха,
И гриб сморчок из-под земли маячит.

И я доволен найденным грибом,
Апрельским ветром, плачущей берёзой…
И снова в небе бледно-голубом
Искрится месяц ржавою занозой.

Душа болит, но капельку, чуть-чуть,
Зато страна спокойна и печальна.
… показать весь текст …

***
Снова не спишь, мой Питер,
Снова во мгле, как встарь,
Стылый канал в граните,
Улица, ночь, фонарь…

Снова с тоской вдыхаю
Твой вековой туман,
Снова тебе прощаю
Царственный твой обман.

Нам ведь с тобою поздно
Душу менять и суть…
Хочешь, задую звёзды,
… показать весь текст …

Зачем сводить концы с концами?
Пускай они сплетутся сами.
Зачем насильно их сводить
В безукоризненную нить?
Пускай они висят свободно.
Переплетаясь как угодно,
То змейкой станут, то кольцом,
Переставая быть концом.
Кольцом нежданным, новым кругом,
Еще не вытоптанным лугом,
Еще не скошенным цветком
И просто воздуха глотком.

Молчание — золото, золото, злато,
И роща стоит, тишиною объята,
И молча роняет свой лист золотой
На берег пологий и берег крутой,
И прямо мне под ноги. Я виновата:
Сменить серебро не умею на злато.
Я серебром проклятым так дорожу,
Что, даже когда молчаливо кружу,
Кружу в тишине меж большими стволами,
Я даже тогда одержима словами.

Я тону в океане тьмы,
В мириадах созвездий блуждая…
Жизнь, одолженную взаймы,
По крупицам я возвращаю…
У Вселенной глаза пусты,
Но её постулаты вечны…
Я лечу наводить мосты
Между суетным и бесконечным…
Знаю, истину я найду
На окраинах мирозданья,
И, в ладонях согрев звезду,
Попрошу душе покаянья…

Снег отражает небо. Небо искрится снегом.
Счастье? Его не требуй: силой не получить!
Хочется словно в детстве прыгнуть в сугроб с разбегу
И пропускать сквозь сердце солнечные лучи;

С силою сжать крупицы снега в своих ладошках,
Чтобы потом напиться талой святой водой;
Думать, что всё плохое попросту «понарошку»,
С кем-то другим, ни в коем случае не с тобой.

Волны тепла пропустит тоненький слой озона.
Лёгким прощальным хрустом встретит прохожих снег.
Все мы живём и дышим здесь по одним законам:
Счастье даётся свыше — в этом его секрет.

А чем здесь платят за постой,
За небосвода цвет густой,
За этот свет, за этот воздух
И за ночное небо в звездах?
Все даром, говорят в ответ,
Здесь даром все: и тьма, и свет.
А впрочем, говорят устало,
Что ни отдай, все будет мало.