Tina L

С бездушьем стылым не могу
смириться,
Обман и зло оно таит.
Людская кровь не может быть
водицей —
Дух Божий в ней животворит,
Сердца людей от хлада избавляя
И злобу состраданьем изгоняя,
Путь душам в небеса торит…

…Уж середина ночи. Мне не
спится,
И сердце слышится звончей.
Листаю жизни яркие страницы…
… показать весь текст …

Я утро бы встречать хотела с Фетом,
чтоб он меня приветом разбудил,
и в ночь огня не отпустил при этом,
чтоб тот не плакал, если уходил.

А с Пастернаком жечь свечу под вечер
и плакать, плакать в каждом феврале…
А с Маяковским бы — в Париж навечно,
на купленном в Европе шевроле.

А с Мандельштамом — быть навеки в бренде,
на морду зла поставивши печать,
и верить — все лишь бредни, шерри-бренди,
и только книги детские читать.
… показать весь текст …

Белый июнь. Ночи в мини. Поля — как скатерти.
Кордебалет из взлетевших над сценой звёзд.
Зори вечерние утром меняют платья.
Ветер качает ладонями Млечный мост.

Время с холстом, вдев в иглу соловьиный россвист,
Думает, как сохранить эти кадры в вечности…
Солнце, едва закатившись, рыжеет в соснах,
Шаль золотую накинув себе на плечи.

Скоро июль, дни начнут долгий путь под гору.
Всплески подсолнухов чутко идут за светом.
Клевер раскрыл свои шапки навстречу пчёлам.
Белый июнь… Впереди ещё столько лета.

С годами ценишь тишину,
Природы яркие пейзажи,
А то, что было на кону,
Давно покрыто слоем сажи.

Читаю больше, пусть глаза
Сдают, и зрение тревожит.
Я чаще жму на тормоза,
Когда мороз бежит по коже.

Пишу стихи, люблю семью
И не ищу иных открытий,
Я реже злюсь и говорю,
И сторонюсь больших событий.
… показать весь текст …

Я обольщаюсь, обнадёживаюсь,
понять неведомое тщусь.
От взгляда Божьего поёживаюсь,
прекраснодушию учусь.

От прозы быта, приземлённости
нужна прививка красоты.
Вечнозелёные влюблённости
в душе растят свои сады.

И побеждает всё ничтожное,
хламьё земное и хамьё —
Несбывшееся, Невозможное,
Необходимое моё…

Не хочется лишних движений,
Сегодня так чист небосклон.
Умение жить без сомнений-
Талант самых ярких персон.

Покой для души и для тела
Есть лучший подарок Судьбы,
Когда в жизни счастье и вера
Вдали от капризов толпы.

Мир просочился сквозь ресницы.
Берёзы ветка чуть дрожит
Под малой тяжестью синицы.
И больше не о чем тужить.

Есть солнце, воздух, пробужденье
И счастье от того, что я
Ещё дружу с родной мне тенью,
Держась за острые края.

Светится месяц июнь.
Пахнет счастьем, густым разнотравьем,
мёдом июньский рассвет.
День щебечет на птичьем «ай лав ю».
Звёзды жасмин раскрывает в зелёном раю.
Дремлет ольха, что давала приют соловью
ночью хмельной золотой
быстрокрылого терпкого лета.
Змейкой сверкает тропа как весёлая яркая лента.
Ждёт на тропе
кто-то добрый и светлый меня.
Звонко пропет
позывной изумрудного дня.

Июнь. Разлив. Растаявшее солнце.
Едва коснувшись, Ночь уходит в день —
Накидка белая, витой прозрачный посох;
Валторна, арфа, флейта, скрипка, укулеле.

Кулисы сдвинуты — туда, где Время спит.
Границ у сцены нет, поля качаются.
Изъяв из уравнений символ «Пи»,
Бог прошептал: «Пусть Лето не кончается…»

Иссякло время, и со временем ушло
Всё то, что ранило и мучило, и жгло,
Иссякло время, значит некуда спешить
И наконец-то можно жить себе и жить,
Читать нечитанное, петь или гадать
О чём — неведомо… Какая благодать!
Я почитала бы, да строк не видит глаз,
Ведь время кончилось и значит свет погас.