Случайный секс. Тела на смятых простынях.
Они в костюмах от-кутюр «Адам и Ева».
Впервые хочется лежать, ее обняв.
Впервые жалость у него, что он — не первый.
Пружины скрипнули и замерли, устав.
В рассветной дымке испарился облик стервы.
Впервые ей целуют руки и уста.
Впервые стыдно ей за то, что он — не первый.

Я — не шампанское.
Я — женщина-коньяк!
Как мёд, янтарная… Бодрящая, тягучая.
Меня дозируй, словно афродизиак.
И не миксуй меня ни с чем, ни в коем случае.
Я — не вино.
С годами терпкость набрала.
Дарю тепло, когда смакуешь подогретою.
А чтобы крепостью тебя не обожгла,
Оденусь, хочешь, шоколадною конфетою?

Целуйте тех, кто вам до боли нужен.
Быть может, это ваш последний шанс
Счастливым стать среди дождей и стужи;
Ведь сердце тоже может спеть романс.

Целуйте тех, кто вам безумно дорог,
И не спешите отводить свой взгляд,
Услышав сотни глупых отговорок
О том, что вас за это обвинят.

Целуйте тех, кто даже вас не любит,
Ведь кто-то должен сделать первый шаг.
Избыток чувств людей пока не губит,
Не требует возвысить белый флаг.

Любовь творит с людьми удивительные вещи. Она преобразует их и подталкивает на предательства. Предательства друзей, чести и собственного эга.

Мне твоих не хватает губ,
Я скучаю по ним в тиши.
Мне твоих не хватает рук,
Я скучаю и сердце стучит.

Мне твоих не хватает глаз,
Я скучаю по их красе.
Мне твоих не хватает ласк,
Я скучаю и вижу во сне.

Мне твоих не хватает слов,
Я скучаю по -«Я люблю»
Мне твоих не хватает снов,
Я скучаю, я в них хочу.
… показать весь текст …

— Ну, что ты из себя вечно строишь?
— Не знаю, скорее всего крепость… Хотя, в проекте был заложен дворец.

Слово может ударить больнее, чем лучшая плеть,
И коварно впустить расставание с черного хода.
Но, когда твои раны и швы перестанут болеть,
Одиночество взмахом руки превратится в свободу.

Под холодною маской скрывая свой истинный облик,
Не поддаться мольбам и слезам, будто вылит из стали…
Покидать нелюбимых — бесславный, но, всё-таки, подвиг,
За который проклятья вручаются вместо медали.

Вырвавшись прочь из бетонных объятий города,
Я отклоняю входящий вполне осмысленно.
Правда двулична: молчанье бывает золотом
Или направленным в сердце контрольным выстрелом.

Поспешно за тобой закрою двери я,
Почувствовав, как давит гравитация.
Единожды разбитое доверие
Не поддаётся полной реставрации