В душе всегда мы молоды, как прежде,
Но что-то изменилось в нас — внутри,
Не придаем значения одежде
И больше ценим лучики зари…

Мы благодарны Мудрости заката,
С ним жизнь чудесна в красочных цветах,
Пусть радость так похожа на цукаты,
Но Солнца Свет присутствует в мечтах.

Мы ценим жизнь… В гармонии с природой
С ней говорим на общем языке,
Снимаем шапку пред любой погодой,
Идя с Любовью в сердце, налегке.

В старый город пришёл Апрель. Из плаща сыпал снег и град. Вечерами пил морс и эль, ел чернику и виноград. Просыпался часам к пяти. Иногда — к четырём и трём. Был огромный как синий кит. И любил рисовать углём.

У Апреля был верный друг. Его имя, конечно, — Март. У него было тридцать штук (или сорок) игральных карт. Март любил бергамот и «Сплин», ездил в Лондон и Петербург. Он был рыжий как апельсин, разноцветный как летний луг. Вместе с ним приходил Февраль. Приносил арманьяк и сыр…

…до рассвета горел фонарь.

И Апрель выходил босым, завернувшись в короткий плащ. Допивал из бутылки эль. И чеканил футбольный мяч о большую сухую ель. Напевал ДДТ под нос и смотрел, как горит рассвет. Вспоминал, что конечен пост уже тысячи длинных лет. Небо цвета как карамель отражалось в потоках рек.

В старый город пришёл Апрель.
В старом городе выпал снег.

Поздний завтрак; открыта форточка —
рядом — кофе и апельсин.

Зимы множатся одиночеством — друг за другом сто тридцать зим. Выходить из прохладной комнаты и в подъезде звенеть ключом [слышишь, звон из морозной Вологды распускается за плечом?], выходить на границы Космоса — звёзды прятать в широкий шарф.
От любви остается остов и расколотая душа,

от любви остается линия на тетрадном пустом листе. Неужели надежда зимняя не ворвется в твою постель; не зароется ночью в простыни, не найдет на любовь ответ —
выходить на границы Космоса или прятаться на Земле?

Не проходит ни дня от месяца, чтобы не думалось о тебе.
Поздний завтрак; открыта хлебница —
рядом — кофе, вино и чедр [или «чеддер» — оно ли важно, ведь до любви перерезан путь].
Мне стоять на начале времени, вырываясь из «как-нибудь».
… показать весь текст …

Я совсем не хочу путаться под ногами,
потому и молчу, глазами уткнувшись в пол,
а любовь…
что любовь? Ее я пишу стихами,
и убираю в стол.

мы — пешеходы на чьих-то дорогах, голые и без прав,
мы — киноленты в руках демагогов, пишущих новый снафф,
склеены рты голубой изолентой, стерты права на жизнь,
happy не связано больше с end’ом в этом потоке лжи.

мы — пешеходы в сверкающей красным светом чужой дали,
мы — беллетристика нашей жизни — нет ничего внутри,
грязные пятна, что остаются в наших с тобой шагах,
вновь проявляются крупным планом, там, где снимают снафф.

мы — пешеходы, сошедшие с зебры, чтобы дойти до дна,
мы — карты города, что как Сусанин вас приведут в никуда,
в наших романах любовного плана стерты все фразы с ‘'love'',
в общем то правильно, не до любви, там, где снимают снафф.

1) Мне не хочется откликаться на междометья,
недописанный мир взрывается и шумит,
если б не было жизни, то было бы что? ответь мне,
мне сегодня до боли хочется полюбить,
но по графику лишь обычное воскресенье,
я закрыта в стенах, наверное, в четырех,
милый друг,
бог просит у нас прощенья,
оттого, что любовь от жизни не уберег.
(«Не уберег»)

2) На твоих руках вены яркие
сплетаются улицами городов шумных,
мне не хватит конвертов с цветными марками,
… показать весь текст …

Когда повсюду страх витает
и нрав у времени жесток,
со слабых душ легко слетает
культуры фиговый листок.

Ты — моя драгоценность!
Моя идеальная нотка!
Совершенная рифма,
Рожденная в дьявольской муке.
Пусть корабль потоплен,
Но есть еще старая лодка,
Из которой заботливо тянутся
Нежные руки.

И когда я,
Цепляясь за них на последнем дыханье,
Окажусь на борту
И уткнусь в твоё тёплое тело,
То признаюсь,
… показать весь текст …

Те, кого любовью обделили
В детстве, превращаются в ежей.
Как ножи, иголки наточили —
Не видать под ними хрупких шей.

Бережно границы охраняют
Маленького мира своего.
Хоть душой о нежности мечтают,
Но не подпускают никого.

Все к ежам относятся цинично,
Поправляя свой пушистый мех.
И считают, как-то не логично —
Требовать любви, пугая всех.
… показать весь текст …