В свободе — душ соединение,
и оголтелость томных дней,
мое с тобой уединение
дороже, ласковей, трудней,

а за бокалами «Бордо»
не грусть, а легкое томление,
упало замертво манто
в короткий полдень воскресения,

я не люблю игры теней-
они немыслимо-отвратны,
в свободе скованных людей
и души, и сердца понятны,
… показать весь текст …

Мои растерянные вокзалы, мои пустые аэропорты.
Всё, что, не высказавшись, вонзалось. Всё, что давалось трудом и потом.

Всё это, в общем, — почти молебен, когда от нежности сводит горло.
Целую крылья — летящим в небе.
Мне возвращенным — стелю платформы.

Во время словно воткнули спицу — и колесо его, звякнув, стало. Письмо кончается, лист исписан, а я про главное не сказала.
Про то, как куришь, не сразу дышишь, не сразу видишь знакомый выход, и мир становится тише, тише, пока не вымрет в сплошное тихо.
Пока тебя забирают рейсы — я отправляю тебе по почте простые глупости: «выспись», «грейся» — дрожащий, теплый, спешащий почерк…
И в тишине этой учащенно ты бьешься громким, упрямым счастьем.

Аэропорты мои, о чем я?
Я жду. Нам столько еще встречаться.

— Да кому я нужен? Никому.
— Это не правда. Нужен. Всем нужен.
— Кому? Им всем нужен не я. Им нужен образ, сидящий у них в голове, а на меня лично им наплевать. Таким, какой я есть, я им не нужен.
— Ты сам виноват в том, что остался практически один, Ты сам этого добивался, Ты сам оттолкнул от себя всех.
— Да не отталкивал я ни кого от себя, я просто устал от того, что меня не принимают таким, какой я есть.
Мне надоело быть безотказным для всех, для всех быть хорошим, надоело выслушивать каждый…
… показать весь текст …

А можно мне ещё один билет на сеанс Лета?! Я что-то пропустил…

Небо ручной работы
чисто и безупречно.
Россыпь блестящей пудры
на вороном холсте.
Неосторожен Кто-то,
белым мазок — и Млечный…
Сонные краски утра.
Матовость. Полутень.

Росы — и чисты кисти,
зыбки следы рассвета,
в серой сирени неба
пламенный ореол.
Мягче и золотистей
… показать весь текст …

Осознание своих желаний происходит не сразу и не в один миг. Где-то глубоко в тебе они живут, иногда проявляясь несмело и неумело, прорываясь наружу. А потом… а потом ты встречаешь человека. Он не как все. Он — особенный. Он иной. Его рассуждения пугают и притягивают одновременно. И чем дальше, тем больше ты становишься зависимой. Ты нуждаешься в общении с ним, ты нуждаешься в его советах и мнении. Тебе необходимо слышать Его голос, и в эти минуты не имеет значения, что Он тебе говорит, тебе достаточно просто слышать. Ты нуждаешься в Нем. Ты понимаешь, что это близкий по духу тебе человек настолько, что в Нем ты видишь себя. И ты веришь. Доверяешься и отдаешься. В ответ на Его «ты знаешь, что я жесток и груб, но продолжаешь общение?» ты отвечаешь: «да». Конечно, да! И ты идешь за Ним в Его мир.

я хочу снова быть частью твоей жизни,
твоего утра,
страсти, мыслей,
чтобы снова губы касались уха,
пусть мусор на кухне, пусть бытовуха,
также молчать и жевать бутерброды,
только в тебе рай, блаженство, свобода…

Как только человек находит свой путь, он сразу оказывается удачлив, потому что все, что он хочет совершить, приходит к нему само собой

— Мы можем что-нибудь изменить?
— Нет!
— Тогда не вижу смысла паниковать.

Лучший, не значит — хороший,
Плохо — не значит плохой