Если вы оставили человека, тo, пожалуйста… не трогайте его больше. Не пишите и не звоните. Не надо интересоваться, плохо ли ему или хорошо. Не просите никаких пoследних свиданий или разговоров. Не пoльзуйтесь физически. Ничего не надо… Поймите это накoнец. С каждым вашим напоминанием вы делаете только хуже. Исчезните полностью. И имейте достоинство и человечность, не выкладывайте какое то время в соцсети свои долбаные гулянки или новых «возлюбленных». Будьте просто людьми. Уходя — уходите. Вас тоже это рано или пoздно коснется. Нет, это не угроза, это обычная жизнь, которую проживает каждый из нас. Тогда и вспомните эти строки. Оставьте. Замолчите. Дoводите своё дело до конца. У меня всё.

ГОРДЫНЯ
Обуреваемый гордыней человек не может быть умен. Гордыня, кичливая демонстрация своей значимости — это признак скудоумия.

ГОРЕ
Говорят, что друг познается в беде, но еще более он познается в благополучии и удаче. Для многих искренне радоваться счастью и удаче друга бывает сложнее, чем помогать ему в горе.

Болезненная реакция на слова, поведение другого
человека — один из аспектов гордыни. Корень боли в присутствующих ожиданиях, представлениях о том, как другой должен вести себя по отношению к нему. Самодостаточный, тотально принимающий себя человек не нуждается в игре «дай мне, чтобы я почувствовал себя хорошо». Его «хорошо» не зависит от того, что о нем думают другие и как другие ведут себя по отношению к нему. Ему либо по пути с другими, либо нет. Гордыня, корень которой ущемленное самолюбие, недолюбленность, ненаполненность, вызывает боль.

Уважая свое я — вы можете не заметить как плюете в души окружающих вас людей. чрезмерно уважаемое эго- это и есть гордыня.

У каждого человека свои эмоциональные и интеллектуальные потребности и не стоит себя истязать тем, что этим потребностям не соответствует. Если человек чего-то не понимает или ему что-то не интересно, это не означает, что он тупой и ограниченный. Просто он — другой. Он не такой, как ты. А кто сказал, что все обязаны быть такими, как ты сам? Кто сказал, что всем должно быть интересно то, что интересно лично тебе? Кто сказал, что твои интересы самые интересные, и твои вкусы — самые правильные, и твое мнение — самое безошибочное? Кто, в конце концов сказал, что ты — эталон, а все, кто этому эталону не соответствует, — глупцы с неразвитым вкусом? Никто этого не говорил, это ты сам придумал, потому что слишком любишь себя и считаешь себя самым лучшим, самым умным и самым правильным, а это, между прочим, есть не что иное, как гордыня — один их смертных грехов, причем самый тяжкий.

В гордыне человек чувствует себя особенным, причем не обязательно «особенно хорошим» (хотя, может быть и так: я хороший, а они негодяи и подлецы), он может считать, что «все могут, а я нет», что «я хуже всех», я «какой-то не такой».

Если человек считает себя «не таким как все» вряд ли у него появится, что-то особенное прекрасное (за какие заслуги, мнение о себе — не основание). Скорее, будут отбираться обычные вещи, составляющие жизнь среднестатистического «обычного» человека — стабильная рабо…
… показать весь текст …

Всякий человек, имеющий в своем сознании семя гордыни, никогда не сможет в полной мере прислушаться к мнению и рассуждению другого человека, так как ко всякому его слову будет относиться с пренебрежением.

Давайте поговорим о еще одном способе, с помощью которого мы теряем драгоценную энергию. Эта гражданка умеет маскироваться даже лучше, чем зависть или жадность. Она также прилипчива, назойлива. И с ней также далеко не уедешь.
Имя ей — Гордыня.
О гордыне говорится много. Я постараюсь лишь подытожить.

Формы гордыни в нашей жизни:

1. Я всегда права — попытка всегда и во всем быть правой, подчеркивание своей правоты, стремление доказать ее всем вокруг.

2. Я лучше других (знаю, умею…).

Похоже…
… показать весь текст …

Я часто напоминаю себе: не смотри свысока на тех, кто хуже. Если ты умнее — ты можешь потерять разум. Если у тебя привлекательнее внешность — ее тоже легко потерять. Если лучше одета — это вообще не повод возноситься. Ничто в человеке не вечно — ни то, что дала природа, ни то, чего добился он сам.

Мы с детства верим, что раскаиваемся только в плохих поступках, хотя на самом деле мы без конца и трудолюбиво раскаиваемся в совершённых нами хороших поступках… Раскаиваясь в грехе, мы проделываем это поверхностно, по обязанности, равнодушно, чисто умозрительно; но когда мы раскаиваемся в хорошем поступке, раскаяние это бывает мучительным, жгучим и изливается прямо из сердца… Раскаявшись в грехе, мы прощаем себя и забываем о случившемся. Но, раскаиваясь в хорошем поступке, мы редко обретаем мир душевный и обычно продолжаем терзаться до конца своих дней. И это раскаяние остаётся вечно юным, сильным, глубоким и деятельным! От всего сердца облагодетельствовав неблагодарного человека, с каким упорством, с какой неизменной энергией раскаиваетесь вы в этом! По сравнению с этим раскаянием раскаяние во грехе — нечто пресное, жалкое и минутное.