Всего три слова. Я люблю тебя. Они прозвучали так безнадежно. Будто он сказал: «Я болен раком».

Он жил главным образом ради своих удовольствий… от них и умер.

17. Если бы удалось доказать, что загробная жизнь существует, жизнь была бы непоправимо испорчена. Она потеряла бы всякий смысл; а самоубийство стало бы добродетелью. Единственный возможный рай — тот, в котором я не ведаю о том, что я уже существовал прежде.

Даже лучшие в мире солдаты не смогут выиграть битву, если некому ими командовать.

Есть три вида умных людей: первые столь умны, что, когда их называют умными, это выглядит справедливым и естественным; вторые достаточно умны, чтобы отличить правду от лести; третьи скорее глупы, ибо все принимают на веру…

1. Если ты — истинный художник, ты отдаешь себя творчеству целиком, без остатка. Ни малейших уступков, иначе ты — не художник.
2. Самое главное — это чувствовать и жить в соответствии со своими идеалами, если только эти идеалы не ограничиваются собственным идеальным комфортом.
3. … все, что есть в мире свободного, честного, — все это заперто на замок в отвратительных тесных подвалах! Людьми, отупевшими от равнодушия.
4. Писать — … совсем не то что рисовать. Проводишь линию — и сразу видишь, верн…
… показать весь текст …

Мужчине важно, чтобы ему беспрекословно повиновались, а женщина должна уметь превратить беспрекословное послушание в орудие собственной конечной победы.

Они не разговаривали. Да в том и не было нужды, потому что они держались за руки.

1. В небесах — пусто. Чистые и прекрасные, но совершенно пустые небеса.
2. Ничего не может быть отвратительнее, чем прятаться от жизни, которая тебя не устраивает. Но порой страшно подумать, с чем и как нужно бороться, если принимать жизнь всерьез.
3. … сначала нужно спасти людей от нищеты материальной, лишь тогда можно будет спасти их от нищеты духовной.
4. Почему живые, творческие, добрые и порядочные люди мучительно отступают перед бесформенной серой массой, заполоняющей мир?
5. Болезням бесп…
… показать весь текст …

Разглагольствовать о том, что собираешься сделать, — все равно что хвастаться картинами, которых ты еще не написал. Это не просто дурной тон, это абсолютная утрата лица.