Александр Меркулов

Певцов коронует могила
Россия их душит и губит
И чем их быстрее убила
Тем больше в последствии любит

Пока вы здесь в ванночке с кафелем
Моетесь, нежитесь, греетесь, —
В холоде сам себе скальпелем
Он вырезает аппендикс.

Он слышит движение каждое
И видит, как прыгает сердце, —
Ох жаль, не придется вам, граждане,
В зеркало так посмотреться!

До цели все ближе и ближе, —
Хоть боль бы утихла для виду!..
Ой, легче отрезать по грыже
Всем, кто покорял Антарктиду!
… показать весь текст …

Борьба — не душевный каприз,
Не прихоть пустого влечения:
Плывут по течению — вниз,
А вверх — это против течения.

лез на рожон ругался матом
никак не шел на диалог
теперь всё это перепишем
из протокола в некролог

Не остывшая от зною,
Ночь июльская блистала…
И над тусклою землею
Небо, полное грозою,
Все в зарницах трепетало…

Словно тяжкие ресницы
Подымались над землею…
И сквозь беглые зарницы
Чьи-то грозные зеницы
Загоралися порою…

Много лет назад Ольга Аросева, Галина Волчек и Татьяна Пельтцер отдыхали в Карловых Варах.
К Пельтцер приехал ее бывший муж. До войны они жили в Германии, но его, члена Коминтерна, коммуниста, Гитлер бросил в концлагерь, а Татьяна Ивановна уехала в Россию. Они не виделись много лет, у каждого своя жизнь, и встретились в Карловых Варах. Ходили, взявшись за руки, не расставаясь ни днем, ни ночью.
И вот, когда дружная компания расположилась под тентами летнего кафе, Волчек, глядя на эту волшебную пару, задумчиво сказала: «Какая же тварь, этот Гитлер, какую любовь разрушил…»
На что бывший член Коминтерна, узник концлагеря, жертва нацизма и муж Татьяны Ивановны Пельтцер заметил: «Да, конечно, Гитлер был очень нехороший человек, на нем много грехов, но в нашей разлуке он не виноват. Я у Танечки нечаянно обнаружил в кармане фартука любовную записку от моего лучшего друга…»
Пауза. Аросева: «Танька! Так ты, выходит, блядь, а не жертва нацизма?!»

Там, слышишь, миллион украли, там сто тысяч… Проснешься в одно прекрасное утро, выглянешь в окно, ан ничего нет, всё украдено. Взглянешь, а по улице бегут кассиры, кассиры, кассиры…

Когда расстрельный полк стоит у края,
И взгляд прощальный выплеснут из глаз,
Всегда есть тот, который не стреляет,
Кто не согласен выполнить приказ.

Всегда есть тот, талантливый и бледный,
Который вопреки, наоборот,
И кто ещё при жизни стал легендой,
Всех пережив на двести лет вперёд.

Распятый, как Христос, людскою злобой
И сплетнями пришпиленный к кресту,
Всегда есть тот, кто жив и после гроба,
Кто измеряет песнями версту,
… показать весь текст …

Женщина была очень старой — ей было, по всей видимости, около девяноста.

Я же был молод — мне было всего семнадцать.

Наша случайная встреча произошла на песчаном левом берегу Днепра, как раз напротив чудной холмистой панорамы правобережного Киева.

Стоял тихий тёплый летний день тысяча девятьсот пятьдесят второго года. Я играл с друзьями в футбол прямо на пляжном песке. Мы хохотали и орали что есть мочи.

Женщина лежала неподалеку, под самодельным матерчатым навесом, читая книгу. Было весьма в…
… показать весь текст …

И что ни день, то новый узелок
Вяжу, чтоб оставаться в той же связке
Со всем и вся. Сей узелок — залог,
Что числюсь я в ансамбле песни, пляски.
И пляшет лист, и дождичек поёт,
Я тоже как-то самовыражаюсь,
Тому, что в рот течёт сладчайший мёд
Горчайших дней всё время поражаюсь.
Да и тому, что звонкий и шальной,
Весёлый дождь за мною увязался,
И узелок, что всех связал со мной, —
Вот чудеса — ещё не развязался.