Полынь_

Приходили сантехники. Говорили непонятно, действовали загадочно, пахли ногами. В общем, держали марку.

То нам холодно, то нам жарко,
То живем не на том этаже,
То нам мало цветов-подарков,
То работа нам не по душе,

То нам шумно, а то нам скучно,
То нам весело, но не с тем.
То любимые к нам равнодушны,
То любовь не приходит совсем.

Жизнь прокатится — не заметишь,
Мы ведем с нею глупый бой.
Боже, как ты все это терпишь?
Как же совестно пред тобой…

Наша жизнь — всего-то 25−30 тысяч рассветов — при хорошем раскладе. А если вычесть те, что встречаем хмурым недовольством? Подумала я… и заплакала.

Не пишутся стихи, и проза не родится,
И в голове моей какой-то винегрет.
И вдруг приходит мысль: что на горшок сердиться,
Не положив крупы, за то, что каши нет?

За вроде бы благополучием
Живут эти двое полярно:
Одна лишь от случая к случаю —
Другой же вполне регулярно.

Наш мужик долго запрягает, да быстро едет. Наша женщина, пока мужик запрягает, уже и слетает куда надо, и вернется, и мужику запрячь поможет, и пирожков на дорогу напечет.

Новый год, Новый год… Знаю я, приходил в прошлом году. Всё сожрал и выпил, а я месяц потом на диете сидела.

Надувательство — всюду! Магазины поднимают цены, чтобы было что скидывать. Женщины обижаются, чтобы было что прощать.

Хожу на работу, хозяйство веду —
И все точно так же, как в прошлом году,
И, в общем-то, как в позапрошлом.
Всё в целом банально и пошло…
А в это же время
в душе,
что ни день, —
Падения и взлеты,
то солнце,
то тень,
То слезы,
то смех,
то сомнения…
Вот это вот — жизни движение!

При чем тут закон подлости, если ключ от квартиры вечно на дне сумки? Закон подлости, если там его вообще нет. И ты сидишь на крылечке два часа в ожидании мужа. А ключик-то — в кармане джинсов!