Сергей Семипядный

Божья воля на пёстром фоне текущей действительности выглядит скромно и неприметно.

Метеоритного дождя никто не боится. Очень вероятно, в силу персональной ничтожности.

Маленькие люди редко совершают великие глупости.

Михаил Ходорковский. По нему тюрьма плачет, родная, с трёхразовым, а он, убийзнесмен бывший, на чужбине мыкается.

Дожил. Комплименты женщинам могу говорить безнаказанно.

Реджеп «Пособник» Эрдоган. Таскал из огня цистерны для сына. Останки зацепившейся за Европу Османской империи похоронит на севере Сирии.

Андрей Макаревич. Русскоговорящая муха (помесь скатофага с каллифоридом) на украинском навозе.

Петро Порошенко. Мяч всучит безногому херою Порошенко-презик с перепою.

Арсений Яценюк. В лоб куля, колы згвалтуе Юля.

Если попросили женщину никому не рассказывать, не надейтесь, что не расскажет. Расскажет. Но предупредит, что просили не рассказывать.

Ксения Собчак. Псевдосвященник в стрингах бывшей светской львицы.

Анатолий Чубайс. Не такой уж и радикальный он реформатор. Лампочка Ильича до сих пор горит.

Владимир Ленин. Автор эпохальной идеи. Не дожил. А его тело — пережило.

Александр Невзоров. Новодворская, которая курит трубку и любит лошадей.

Барак Обама. На выданье и даже уже помолвлен.

Владимир Путин. Самый результативный игрок НХЛ в поддавки.

Научиться работать и жить одновременно — мечта творческого человека.

Автор — животное подневольное. Рано или поздно он начинает ориентироваться на издателя.

Чтобы попасть в классики времён близких к годам жизни, литератор вынужден выводить себя на ограниченный строгими рамками участок и разрешать себе делать всё, что заблагорассудится. А за пределы участка — лишь кончиком фразы, уголком мысли, гранью чувства.

Толстому было проще — он писал с черновиками.