Если человек после расставания с лёгкостью находит тебе замену, то радуйся, что пришлось с ним расстаться. Потому что нет ничего хуже, чем жить с тем, кому по сути наплевать- ты рядом с ним, или кто-то другой. Зачем тебе тот, кто не сходит с ума от одной твоей улыбки и не знает всех твоих родинок и трещинок? Да ничерта он не знает, потому что и запоминать никогда не хотелось. Смысл плакать по человеку, готовому заменить тебя на щелчок пальцев? Останься он в твоей судьбе и ты узнаешь, каково это прожить с чужаком, который совсем не в курсе того, что ты любишь, а что на дух не перевариваешь, которому пофиг, что ты мёрзнешь ночью и тебя надо крепко обнять, чтобы согреть, кто с трудом назовёт даже цвет твоих глаз. Тебя страшит одиночество? Но нет одиночества страшнее, чем одиночество вдвоём!

И все — получится…
Потому что ничего не кончается. И даже когда нет рядом рук, поднимающих тебя, упавшего, не плачь. Не будет рук — будет веревочка, за которую можно удержаться. Встань и иди дальше. Ты сможешь. И не думай о завтра.
Завтра и так будет, думаем мы о нем или нет. Не кори, не ищи виноватых, в конце концов, во всем виноваты мы сами — так или иначе. Я не верю в то, что все — к лучшему. Достаточно просто верить. Что так надо. А к чему —
может, и поймем когда-нибудь.

Да. Не повторится многое. Но оно было. И оно — наше. И нашим останется.
Слезами ли, счастьем, болью, с которой жить. Но — нашим. Жалей. Не о прошлом, не о несбывшемся, жалей тех, кому, видит Бог, много хуже, чем тебе. И прости. Всех тех, кто обидел, предал, оскорбил — так много чего
можно написать, кто кому сделал плохого. Это вечная борьба добра и зла. И кто делал то или другое — по сути, не разобрать. У каждого своя правда.
Только не плачь. И ничего не бойся. Иди и делай. И все — получится.

Наша жизнь- ряд черных и розовых жемчужин. И плох тот человек, который не умеет носить в спокойствии, мужестве и верности своего ожерелья жизни. Нет людей чье ожерелье жизни состояло бы из одних только розовых жемчужин. В каждом ожерелье чередуются все цвета, и каждый связывает жемчужины шнурком своих духовных сил, нося все в себе.

А завтра легкою рукой
Песочные перевернув часы.
Усталый Бог. ночной покой
Вновь сменит на дневные хлопоты.
Подарит новый день, увы не всем.
Поэтому, не ной по мелочам.
Решенье есть у всех проблем.
Чтоб дверь открыть — достаточно ключа.
С закатом всем прощение даруй,
Что радует — твое, что нет — отдай другим.
Прекрасна жизнь, как первый поцелуй.
И каждый новый день неповторим.

Я приобрёл привычку жить
Но мне сказали, лучше мне не быть
И одиночество бездонней бездны
Падение и взлёты — яж железный

Когда хромаем мы, прощённую попом, виною
Нам сложно быть самим собою
И мы, шифруемся, лукавя пред собою
Ища причины, не узнать в себе скота
И ни за что и никогда не признавать,
что жизнь без взлетов и падений — пустота

Свинство человекоподобных — вставлять свой пятак туда, куда настоящая свинья в жизни не догадается вставить!

Хлопья снега летят за окном,
С каждым часом земля всё белее
И теплом наполняется дом
И зима почему-то милее.

Валят хлопья сильней и сильней,
Засыпают следы и ухабы
И вершины могучих елей,
Торчат в небо как снежные бабы.

А в камине стреляют дрова,
Пляшут тени спокойствия дольше,
А снежинок всё больше и больше
И ложится на снег синева.

где-то там, на вершине седьмой горы,
на заснеженном камне, что выше тучи,
ожидает прихода своей поры,
неповторный, единый счастливый случай.

он отвар из небесной сварив воды,
заедая сыпучим, хрустящим снегом,
ждёт знамения, чтобы узреть следы
бесконечности и насладится негой.

на земле лютует вовсю февраль,
то мороз дерёт, то пурга метелит,
только это случаю — не печаль,
он всё ждёт, желая попасть по цели.

Художник — человек с фантастическими возможностями
доведения обыденности до совершенства.

Я вернусь, если туча покроет закат,
Если небо прольётся холодным дождём,
И когда мне останется — только назад,
И не крикнет никто: «Догоняй же, мы ждём!»

Я вернусь, и останусь за мокрым окном,
Будут капли бежать по стеклу, по щекам…
А под утро забудусь болезненным сном —
Я всю ночь отдавалась… стихам.