Михаил Бучек

Когда я пьяный, как свинья,
противен образ мой,
поскольку я уже не я…
Но легче мне со мной!

Когда б глаза душе давали кров,
кто мог бы быть душевнее коров?..
И кстати, грудь у них — на зависть всем,
но по другому расположена совсем.

До Смоленска была и до Польши,
то до Волги, а то до Курил,
то поменьше она, то побольше…
Что есть Родина? — я бы спросил!

Прикрыв себя кусочком тряпки,
она глаза поднять боится:
вокруг с укором смотрят бабки
и мужиков похабных лица.

А ей всего лишь-то и надо,
июльский зной стоит покуда,
чтоб тело нежила прохлада…
Ну и понравиться кому-то.

На пляжах запах сероводорода
вдыхать я совершенно не готов.
Мне кажется, амбре такого рода
доходит к нам от пуканья китов.

В мини-юбке девушка зимой
вызывает чувство сострадания:
как ей холодно, наверно, быть одной
без тепла мужского и внимания.

Увы, мосты в былое сожжены,
но мне места знакомы были эти,
где врали, что для счастья нам нужны
семья, работа, Родина и дети.

Осень-гардеробщица
женщин приодела.
Хоть нам и не хочется,
но зима их тело
спрячет окончательно…
Но увидеть счастье,
как очаровательно
тонкое запястье.

Выпустили демона на волю,
женщинам позволив сесть за руль.
И теперь мужчины горько воют:
руль в руках у баб — что ридикюль.

Когда я вижу — баба хороша,
тогда меня волнует и душа.
А если женщина, так скажем, неприглядна,
то взглядом лишь скользну по ней, и ладно.
Но безразличность отношения нарушу,
когда сначала я её увижу душу.

Ныряя взглядом в декольте,
ничьей я чести не нарушу.
И мысли нет про адюльтер —
хочу увидеть женщин душу.

Легко делить всё пополам!
Средь женщин есть две половинки:
одна — пугающий нас «вамп»,
другая — милые блондинки.

Одним приписываем мы свои же минусы и плюсы,
поскольку в них загадка тьмы,
а пред неведомым мы трусы.

Другие — светлые, как свет,
легки, прозрачны — суть, пустые.
И рядом с ними страха нет,
но чувство есть, что мы крутые.
… показать весь текст …

Она сияла — аж светила,
не отводя влюблённых глаз,
и целовала всякий раз,
и по спине рукой водила,
как будто щупая каркас,
прижавшись телом, ждущим ласк,
так вилась, будто тело ныло,
на всё готовая сейчас,
когда любви в ней скрытой сила
вдруг отдала весь свой запас
и всё сбывалось, что просила,
что даже снилось ей подчас.

И ясно было всё для нас —
… показать весь текст …

Она вам будет говорить, что очень любит,
она вас будет обнимать и целовать,
в печали тяжких дней вас приголубит,
разделит с вами стол, очаг, кровать,
простит вам всё, пусть даже вы неправы,
скрыв нежным взором слёзы укоризн…

И никогда вы не узнаете всей правды,
и проживёте счастливо всю жизнь.

Друг с другом говорим, не замечая
известных всем нам с детства идиом.
Что стоит нам послать кого, не чая?..
И вот в итоге все туда идём!

Что для одних светло и свято,
другими может быть «распято».
Винить за это бесполезно…
Цинизм, как всем давно известно,
есть от всеобщей лжи защита,
поскольку с детства ложь привита.

В покое частота биений сердца
должна быть где-то чуть побольше герца.
Так в честь кого был назван герцем герц:
в честь HEINRICH HERTZa или сердца — HERZ (нем.)?

Боится женщина, что станет не нужна:
чем быть одной, уж лучше маяться, но с мужем.
А для мужчины та проблема не важна:
он одинок, когда ему никто не нужен.

Скольких совесть загубила
ни за что в расцвете лет…
Одинакова могила
тем, кто честен был и нет.

Не изменить нам участи своей…
В чём корень бед? — останется загадкой…
Но знаем мы, что плох тот муравей,
что стать не хочет муравьиной маткой.