Михаил Бучек

Когда я пьяный, как свинья,
противен образ мой,
поскольку я уже не я…
Но легче мне со мной!

Когда б глаза душе давали кров,
кто мог бы быть душевнее коров?..
И кстати, грудь у них — на зависть всем,
но по другому расположена совсем.

До Смоленска была и до Польши,
то до Волги, а то до Курил,
то поменьше она, то побольше…
Что есть Родина? — я бы спросил!

Прикрыв себя кусочком тряпки,
она глаза поднять боится:
вокруг с укором смотрят бабки
и мужиков похабных лица.

А ей всего лишь-то и надо,
июльский зной стоит покуда,
чтоб тело нежила прохлада…
Ну и понравиться кому-то.

На пляжах запах сероводорода
вдыхать я совершенно не готов.
Мне кажется, амбре такого рода
доходит к нам от пуканья китов.

В мини-юбке девушка зимой
вызывает чувство сострадания:
как ей холодно, наверно, быть одной
без тепла мужского и внимания.

Увы, мосты в былое сожжены,
но мне места знакомы были эти,
где врали, что для счастья нам нужны
семья, работа, Родина и дети.

Осень-гардеробщица
женщин приодела.
Хоть нам и не хочется,
но зима их тело
спрячет окончательно…
Но увидеть счастье,
как очаровательно
тонкое запястье.

Выпустили демона на волю,
женщинам позволив сесть за руль.
И теперь мужчины горько воют:
руль в руках у баб — что ридикюль.

Когда я вижу — баба хороша,
тогда меня волнует и душа.
А если женщина, так скажем, неприглядна,
то взглядом лишь скользну по ней, и ладно.
Но безразличность отношения нарушу,
когда сначала я её увижу душу.