Свой

Мы жалеем мертвых, как будто они чувствуют смерть, а ведь мертвые покоятся в мире…

Меня врач спрашивает:"Как вы спите?" Я говорю:"Я сплю с Пушкиным".

На ночь я почти всегда читаю Пушкина. Потом принимаю снотворное и опять читаю, потому что снотворное не действует. Я опять принимаю снотворное и думаю о Пушкине. Если бы я его встретила, я сказала бы ему, какой он замечательный, как мы все его помним, как я живу им всю свою долгую жизнь…

Потом я засыпаю, и мне снится Пушкин. Он идет с тростью по Тверскому бульвару. Я бегу к нему, кричу. Он остановился, посмотрел, поклонился и сказал: «Оставь меня в покое, старая б… Как ты надоела мне со своей любовью».

В коллективном творчестве главное — знать свою партию. А с женщинами вообще лучше не спорить, особенно, если у них в руках инструмент!

Что же ты, осень, творишь!
Душу тоскою мне рвёшь…
С остро наклоненных крыш
Дождик смывает ложь.
Ложь, что была сладка —
Только её бы и пить…
Дай мне хоть пол-глотка
Той, без которой не жить.
Сбросит октябрь листву,
Так холодно без одежд…
Где, на каком мосту
Сегодня развод надежд?
Где тот причал, что ты Выстелила в прибой,
Белый кораблик мечты —
… показать весь текст …

Все хорошее непостижимым образом связано с плохим. Иногда одно сложно отличить от другого, и, в конце концов, приходится смириться с внушительной порцией дегтя в бочке меда. Где сахар, там и соль, а где поцелуи — там и пощечины…

Напророчено человечеству
Краткость века и грехопадение,
И пришито канатом к Отечеству
Мое каждое стихотворение.
Даже если, шатаясь по прошлому,
Сквозь границы России проскакивал —
Я по русскому, по хорошему
Так скучал и разлуку оплакивал…
Ну, куда мне от песен Есенина,
Да от хриплого стона Высоцкого?
И не вырвать из памяти Ленина,
И не выскоблить лезвием Троцкого.
Мне Москвы куполов отражение,
Словно вечности взгляд и дыхание,
… показать весь текст …

Неспокойно под сенью безумия —
Ночь вливается в сердце рекой,
И летит в меня шар полнолуния,
Словно брошенный чьей-то рукой.
Хрусталем или красного золота,
Он прицелился точно в зрачок,
И из пропасти страха и холода
Ловит душу мою на крючок.
Кровь под кожей кипит взбаламучено,
Разрывая сплетения вен,
И привычно, и как-то изученно
Расползаются плоскости стен.
Значит будет надрывно, со рвотою,
Лезть наружу матерая суть,
… показать весь текст …

Как нам измерить этот мир?
Ни километром и ни тонной…
Быть может лютой злобой черной
Или количеством могил?
Или количеством старух,
Что к нам протягивают руки?
Но их морщинистые муки
Едва ль тревожат сытый слух.
А может быть числом крестов,
Поверженных на землю с выси,
И бронзой бюстов для лжецов,
Отлитых им еще при жизни?
Какой корыстью осознать,
Какой жестокостью измерить
… показать весь текст …

Всё повторится. Не сразу, но всё же…
Воды послушно войдут в берега,
Мокрые перья от крыльев на коже
Высохнут и превратятся в снега.
Кто-то опять будет изгнан из рая,
Как это было когда-то до нас —
Сладко любовью сердца искушая,
Сбросит плоды свои яблочный Спас.
Будет немыслимой райская кража,
Горек пожизненный божий укор,
Всё повторится сначала, и даже —
Тот же на тысячи лет приговор.
Пусто и душно на свете без веры,
Кто-то подумает: не повезло…
… показать весь текст …

Ни забора тебе, ни калитки, ни рва —
Вместо замка барак обветшалый у леса,
На помойках покуривает детвора,
И ругается матом в стихах поэтесса.
Поп-король лупит служку и брызжет слюной,
Примадонна стареет в объятьях ребёнка,
То ли счастье обходит страну стороной,
То ли рвётся обычно, где шов, и где тонко?
Юморист надоел от ста тысяч реприз,
Консервантами сбит вкус домашнего хлеба,
Ложь с экрана уводит по лестнице вниз,
И всё реже в глазах отражается небо.
Строгий канцлер журит вороватую знать —
В…
… показать весь текст …