Свой

Привыкаю, что сны не сбываются —
Я теряю тебя с пробуждением,
Хлопья снега о лёд разбиваются
Високосным предупреждением.
Снова утро молчанием полнится —
Безнадёжно — пустым ожиданием,
Даже если хоть что-то исполнится,
Всё исполнится с опозданием.
Ты ведь тоже всегда просыпаешься,
Только веришь, что утро — спасение,
Каждый раз ты со мною прощаешься,
Обещая мне невозвращение.
Вязнут в сером небесные лопасти,
Задыхаюсь дневным освещением,
… показать весь текст …

Яга смотрела в зеркало…
Сначала героями были те, кто нес добро…
Потом те, кто не делал зла…
Потом те, кто делал зло…
Потом слово «герой» стало обзывательством…
Дальше смотреть смысла не было…

Скажешь тоже — слова! Вон их сколько, бери!..

Шепот Вечности в бесконечности…
Крылья ангела, лик беспечности.
Над просторами — росы-радуги,
Аромат в лугах цветов таволги…
Быстротечный век человечный,
В небе россыпь звезд и Путь Млечный…
В суете сует время тает,
Шепчет вечность… и приближает…

Цепные ангелы под золотом Луны,
Не скалят лики и вполне миролюбивы,
Они сегодня добры и пьяны,
И хоть строптивы, всё-же в меру справедливы…
Не дело слуг Всевышнего судить,
Их труд — лишь исполненье приговоров,
При том не слышать ни молитв, ни уговоров,
И нет талантов — ненавидеть и любить…
Но иногда случается беда,
И небожители хотят познать Скорбь Плоти,
Вы, видимо о них в хорах поёте,
Когда на землю падает звезда…

У каждого свои границы правды,
Но нет таких на свете карт,
Где пограничные столбы и клятвы,
Не нарушались-бы подряд сто крат.
По-обстоятельствам, по-случаю, по-факту,
Изобретаем быль на свой манер.
Мы лжем всегда…
Я говорю неправду?
А где границы?
Приведи пример…

Душа изорвана, и в плоти на крови,
В измазанные ризы нарядившись,
Два ангела не плыли, просто шли,
В пыли земной, на посохи склонившись.
Разбиты ноги тысячей шагов,
На спинах вместо крыльев пара шрамов.
Низвергнуты на землю — приговор,
И жизнь на подаяния у храмов…
Не все так гладко даже в небесах,
Как наказание — удел земных скитаний.
Вся жизнь река, а берега — Любовь и Страх…
И ангелы без крыльев и без званий…

После тебя что останется мне?
Слов безупречно построенных здания,
Запах парфюма, цветы и свидания,
Мебель на лестнице, город в окне?

Терпкий коктейль из эмоций и слёз.
Книги, коньяк, пустяковые ссоры,
Чьи-то концерты, стихи, разговоры…
Много штрихов, только все — не всерьёз.

После тебя, что останется мне?
Чувствовать? Думать? Хранить отголоски?
Перебирать наших планов наброски,
И… танцевать босиком в тишине.

Его прочитают на книжных развалах,
И песенной строчкой споют.
Хороших поэтов, быть может, немало.
Немногих на слух узнают.

Вот уж воистину, прав был Лев Толстой. «Человек равен дроби, в числителе которой стоит то, что он из себя, на самом деле, представляет, а в знаменателе — то, что он о себе думает».
И Кант тоже был прав. Он говорил о моменте истины, когда человек, которого мы не знаем, хоть с ним и знакомы, становится нам понятен, «вещь в себе» превращается в «вещь для всех».
Боже, как много мыльных пузырей на тоненьких ножках выявило кризисное время.