Стихи, которые чего-нибудь стоят, запоминаются сами по себе, а которые не запоминаются, увы, — ничего не стоят. Для читателя важен простой и ясный критерий: хочется снова и снова перечитывать строки или одномоментного прочтения достаточно. И если строки заманивают волшебной магией, значит, имеем дело с отборным зерном самой высокой пробы.

Презирая того, кого любил, оскорбляешь самого себя.

Сколько перегорело в моей душе, а сожалею лишь об одном — не могу вытряхнуть из неё пепел.

В жизни у честного человека есть несколько способов сделать карьеру. Но при том же уровне интеллекта и такой же силе воли, будучи поставленной на то же место, сволочь будет располагать теми же средствами, но еще и другими, которых честный человек никогда не употребит. Поэтому у сволочи больше шансов продвинуться, и в результате этого антиотбора высшие классы общества все больше пополняются сволочью.

25 ЛЮБИМЫХ ПИСАТЕЛЕЙ

1. Антон Чехов
2. Фёдор Достоевский
3. Лев Толстой
4. Василий Шукшин
5. Сергей Довлатов
6. Франц Кафка
7. Михаил Зощенко
8. Стефан Цвейг
9. Ги де Мопассан
10. Сомерсет Моэм
11. Чингиз Айтматов
12. Акутагава Рюноскэ
… показать весь текст …

Приобретай в юности то, что с годами возместит тебе ущерб, причинённый старостью.

Тибор Каройи — мой хороший друг из Венгрии. Однажды во время беседы онлайн я послал ему известные строчки американского писателя армянского происхождения Уильяма Сарояна: «Хотел бы я видеть, найдётся ли на свете сила, которая бы уничтожила этот народ, это маленькое племя незначительных людей, чьи войны все окончены и проиграны, чьи строения разрушены, чья литература не прочитана, музыка не услышана и чьи молитвы оставлены без ответа. Вперёд, уничтожайте армянский народ! Посмотрите, удастся ли вам это сделать. Гоните их в пустыню без хлеба и воды. Сожгите их дома и церкви. А потом посмотрите, не будут ли они вновь смеяться, петь и молиться, и когда двое из них встретятся где-нибудь на земле, посмотрите, не создадут ли они новую Армению!».
Не уловив горестного сарказма автора, потрясённый Тибор спросил:
— Какая сволочь это написала?

Сегодня первый день из тех, что тебе осталось прожить.

Как часто тот, кто предлагает согреть, сам нуждается в тепле.

Пойми, что в твоих писаниях не может быть ни единой черты, которой не было бы в тебе самом. Если ты злой или пошлый, это не укроется от них. Если ты любишь, чтобы во время обеда за стулом у тебя стоял лакей, это скажется в твоих писаниях. Если ты брюзга и завистник, или не веришь в загробную жизнь, или низменно смотришь на женщин, — это скажется даже в твоих умолчаниях, даже в том, чего ты не напишешь. Нет такой уловки, такого приёма, такого рецепта, чтобы скрыть от твоих писаний хоть какой-нибудь изъян твоего сердца.